– Так если Беликон завладел всем ивелийским серебром, почему он не может одолжить тебе немного? Ведь это необходимо для общей победы в войне.
Кингфишер фыркнул:
– Для общей? Ты так думаешь? Вовсе нет. Беликон не даст нам серебро. Он вообще нам ничем не поможет. Пальцем не пошевелит, чтобы снабдить нас едой, оружием или снаряжением. Ему плевать на эту войну.
– Но это как-то… странно. – Я сделала еще один глоток вина. Вкус у него и правда был необычный – мягкий, богатый, насыщенный, сложный, с цветочными нотками. Поначалу он меня удивил, но теперь все больше и больше нравился.
Кингфишер неотрывно смотрел на меня. Ртуть вокруг правого зрачка пульсировала, извивалась, лихорадочно плясала на зеленом фоне радужки, ловя отблески пламени свечей. Казалось, сегодня она была особенно активна. И словно в подтверждение тому, фейри вдруг крепче сжал пальцы на бокале, его плечи напряглись, ноздри затрепетали, но в следующий миг он испустил долгий вздох и снова расслабился. Все случилось очень быстро – отвернувшись на секунду, я могла бы ничего не заметить.
Кингфишер вгляделся в меня еще пристальнее. Он понял, что я заметила, как он напрягся, и, судя по заломленной брови, ждал от меня расспросов. Мне действительно было любопытно, что с ним произошло, но я знала, что расспрашивать бесполезно – он только разочарует и разозлит меня ответом. Обратит, так сказать, мое любопытство против меня самой. Кингфишер умел вести себя очень неприятно, жестокость была частью его натуры, так что я решила замять тему и вместо этого поинтересоваться, с какими сплавами он сам уже экспериментировал, когда пытался изготовить реликвии, но в этот миг в обеденный зал ворвалась стайка духов огня. Маленькие угольно-черные тела рассыпа́ли фейерверки искр и курились дымком, когда они двинулись к нам. Впереди процессии двое несли огромные блюда с яствами – вроде бы там были десерты разных видов, – и оба чуть не выронили свою ношу, увидев, что я сижу во главе стола рядом с Кингфишером.
– Повелитель! – пронзительно возопил один дух – судя по голосу, женщина. – Ох ты ж мамочки мои! – Она завертелась вокруг своей оси, панически разинув рот.
Остальные огневушки тоже приметили меня в опасной близости от своего драгоценного хозяина и разом всполошились.
– Что же это?!
– Как же? Она же…
– Там человек!
– Повелитель!
– Ваше величество!
Арчер вошел в обеденный зал последним. В ту самую секунду, когда его взгляд упал на меня, он плюхнулся задом на пушистый ковер там, где стоял, и учащенно задышал:
– Прошу… прощения… повелитель. Я… не ожидал… не предусмотрел… не…