Вот это была занятная новость. Но меня больше занимало кое-что другое.
– Возможно, я ошибаюсь, но из того, что я слышала раньше о Калише, у меня сложилось впечатление, что он находится на линии фронта.
– Именно так.
– В смысле там идут настоящие бои…
Кингфишер выудил пальцем из кружки плававшую на поверхности пива соринку.
– Разумеется, – кивнул он.
– То есть ты только что трындел, как тебе важны мое здоровье и безопасность ради спасения твоего народа… – медленно начала я, – а теперь заявляешь, что везешь меня прямиком в эпицентр войны?
– Звучит прикольно, правда?
– Как же я, песок мне в рот, Фишер, останусь целой и невредимой там, где идут боевые действия?!
В этот раз, когда он рассмеялся, его смех показался мне неискренним.
– Останешься, если будешь держаться поближе ко мне. Как можно ближе .
Я выпила три кружки пива и скормила Ониксу почти все тушеное мясо, которое заказал нам Кингфишер. От аромата, исходившего от миски, у меня слюнки текли, но я не могла проглотить ни кусочка. Кэррион валялся на конюшне. Кэррион гребаный Свифт, а не мой брат Хейден! Я связала себя кровным зароком, толком не разобравшись в том, к чему это меня обязывает и что я получу взамен. В лучшем случае мой брат сейчас прячется где-то в Зильварене – голодает, погибает от жажды и оглядывается на каждом шагу в страхе, что за ним пришли гвардейцы Мадры. В худшем случае он мертв по моей вине, и теперь уже ничего нельзя исправить. Так что да, аппетита у меня не было.
Рэн появился через два часа после того, как наши кружки с пивом и миски с мясом окончательно опустели. Я увидела, как он вошел – могучая фигура заслонила весь дверной проем таверны; с длинных, песочного цвета волос посыпался снег – и меня накрыла волна облегчения. Ну наконец-то в нашей компании зазвучит голос разума!
Сначала генерал Беликона заметил меня в уголке у камина, и тревожная складка у него между бровями мгновенно разгладилась. Когда же он увидел спину Кингфишера и черный капюшон, заулыбался так искренне и радостно, что у меня защемило сердце. Должно быть, те же эмоции отражались и на моем лице в первые пару секунд, когда Кингфишер вынес человека из резервуара со ртутью и я была уверена, что это Хейден. В те благословенные секунды, пока я думала, что мой брат жив и здоров… Ох, боги ушедшие…
Кингфишер обернулся, как только Рэн с широченной улыбкой подошел к нашему столику. Он встал, и генерал заключил его в крепкие объятия, весело похлопав по спине. Затем Рэн отстранился, не отпуская Кингфишера, на расстояние вытянутой руки, шумно выдохнул через нос, потрепал его по щеке и радостно сообщил: