Я чувствовала его запах.
Легкие нотки мускуса казались совсем безобидными. Но этот сладковатый, пряный запах вдруг разжег такой пожар у меня внутри, что я сама удивилась. Захотелось наклониться к нему и вдохнуть глубже. Желание становилось таким настоятельным и всепоглощающим, что я чуть было это не сделала. Боги, я почти наклонилась…
– Что-то чувствуешь? – Голос Кингфишера был горьким, как дым.
Я чуть не подскочила на месте, мать его!
– А? О… Э-э… Нет!.. Пока нет. Дай мне сосредоточиться.
– Тебе что-нибудь известно об анатомии фейри, Оша? – прошептал он.
Я так сильно сконцентрировалась на подвеске, что перед глазами все плыло. Но я боялась даже моргнуть. У меня не хватало духу взглянуть ему в лицо, хотя я, конечно же, знала, что он на меня смотрит. Этот взгляд я почувствовала бы и сквозь толстенную стену из песчаника.
– Не то чтобы много, – ответила я, уже пробуравив взглядом дыру в подвеске. – Твой народ внешне похож на людей. Полагаю, и устроены вы в основном так же.
Я ждала очередной насмешки и ядовитой отповеди – вряд ли Кингфишеру могло понравиться сравнение с моими соплеменниками. Однако его реакция оказалась, на удивление, не такой высокомерной, как я ожидала.
– Внешне мы действительно похожи, – спокойно сказал он. – И внутренние органы у нас почти одинаковые, хотя у фейри есть и такие, которых нет у людей.
Дополнительные внутренние органы? Это меня заинтриговало.
– Кроме того, они больше, – продолжал он. – Ведь мы очевидно выше.
Я вскинула бровь:
– Очевидно.
– Сердце у нас мощнее.
Я, не сдержавшись, все-таки подняла на него глаза:
– Правда?
– Угу, – кивнул он.
– Ух ты. Круто.
– Наше зрение острее вашего. И обоняние… – Он прошелся по мне взглядом сверху вниз.
У меня в груди полыхнул пожар. Кингфишер смотрел на меня… далеко не дружески. Мы с ним не были друзьями. В лучшем случае – невольными союзниками, которые испытывают взаимную неприязнь. Так почему же тогда он пожирает меня глазами, как будто я его союзница, которую он хочет трахнуть?
Кингфишер снова посмотрел мне в лицо:
– Вкусы мы тоже ощущаем ярче. И осязание у нас более развито, чем у вас. Слух у фейри чрезвычайно тонкий – мы слышим очень тихие звуки на большом расстоянии. – С каждым словом серебристый ореол вокруг его зрачка колыхался, а дыхание обдавало мне щеки. – Мы можем слышать биение сердец друг друга.
Внезапно он схватил меня за запястье.
Я вздрогнула, хотела отдернуть руку, но Кингфишер не причинил мне боли. Он взял у меня с ладони подвеску, зажал ее зубами и приложил мою ладонь к своей груди.
– Чувствуешь? – Его губы шевельнулись вокруг зажатой в зубах серебряной пластины, когда он произнес это слово. Кончики верхних клыков касались его нижней губы, и я не могла отвести от них взгляд.