– В крови с ног до головы. – Он задумался и нахмурил черные брови. – Погоди-ка, вроде бы припоминаю, что еще у тебя кишки болтались вместо юбки.
– Я была в штанах и рубахе, – сухо сказала я. – И в паре классных крепких башмаков с толстыми подошвами. Ты хоть знаешь, чего эти башмаки мне стоили?
– Дай-ка догадаюсь. Возможно, девственности?
– Отсоси!
– Лучше ты! – осклабился он. – Но у меня, увы, нет пары крепких башмаков, чтобы заплатить за твою услугу.
Я ринулась было на него с целью удавить – и замерла, чуть не споткнувшись и вспомнив, что стала временным убежищем для лиса. Когти ощутимо царапнули меня по голой лодыжке – я постаралась не подавать виду, но Кингфишер заметил, как я вздрогнула.
– Боги неведомо где пропадающие, – вздохнул он. – Дай я его убью уже, и покончим с этим.
– Ни в коем случае!
– Ладно. Разбирайся с ним сама. – Он вернулся к тиглю и взмахнул рукой…
В следующее мгновение мои юбки взметнулись от порыва ледяного ветра, одновременно раздалось испуганное тявканье, и на верстаке возникла большая клетка из ивовых прутьев. Внутри клетки были миска с водой, горка косточек, судя по всему куриных, и, конечно, лис.
– Надо вынести этого мехового долбокряка из дворца и выпустить в лес, потому что я не потерплю его присутствия в кузнице даже в качестве твоей игрушки. – Кингфишер многозначительно покосился на клетку. – А пока пусть сидит там и не крякает. Что касается тебя… – Он снова взмахнул рукой, и тесное красное платье, в которое Лейн туго-натуго затянула меня сегодня утром, растворилось в воздухе.
Впервые за шесть часов я смогла вздохнуть полной грудью и чуть не разрыдалась, когда волна живительного воздуха хлынула в легкие.
Теперь вместо платья на мне была нормальная одежда. Моя оде… стоп. Минуточку. Это была не моя одежда. Похожая, но и во многом отличавшаяся от той, что была на мне в Зале зеркал, когда туда явился Кингфишер. Новые штаны из плотной ткани – жесткой, но эластичной, черной, а не грязно-белой – облегали ноги. Что ж, жаловаться на это было бы глупо после удушающего корсета и вороха оборок с рюшами, в которые нарядила меня утром Лейн. Рубаха, тоже черная, больше походила на тунику – она была длиннее тех, к которым я привыкла, и более изящного, фейрийского, кроя. На штанах и на рубахе имелось множество карманов. Талию охватывал кожаный пояс с петлями для… инструментов, оружия? Потом разберусь. А к моему бедру был пристегнут ремешками настоящий кинжал. Я уставилась на рукоятку из черного оникса, не веря своим глазам.
– Знаешь, как с этим обращаться? – спросил Кингфишер.