Я думала, что влюбилась, вышла замуж один раз, второй. Скорее всего, то было эгоистичное желание заткнуть пустоту в душе и спастись от одиночества.
А сейчас пустота исчезла сама.
— Знаешь, а у тебя черты лица изменились, — Норвин прищурился. — Характер накладывает отпечаток на внешность. Ты стала более дерзкой, более яркой и интересной. Мне жаль ту прежнюю Эллен, девочка ни в чем не виновата. Но она не привлекала меня, не воспламеняла кровь.
Хм, а я, значит, воспламеняю. Я это уже замечала, но слышать такие слова собственными ушами приятно. Настроение немного омрачило упоминание бывшей хозяйки моего тела, но я решила, что о делах мы поговорим после. В том числе и о погибшей целительнице.
Убирая посуду, боковым зрением я заметила, как муж поморщился и украдкой коснулся живота. Я сразу насторожилась:
— Норвин, что с тобой?
— Ничего, тебе показалось, — ответил он как ни в чем не бывало.
— Живот болит?
Вот и наготовила на свою голову, называется! Но Норвин, как настоящий солдат, ни за что не признается. Вздохнув, я сложила посуду и вытерла руки полотенцем.
— Почему ты не отказался?
— Родители научили меня уважать труд других людей.
— Не стоило себя мучить, мне теперь будет стыдно. Я думала, что боевым магам нужно много жирной пищи.
Блин-блин-блин, надо было слушать Пискуна. Накаркал, шкура меховая! Не удалась картошечка, у меня самой поджелудочная заныла, хоть я и съела совсем чуть-чуть, а Норвин всю тарелку умял.
Поднявшись из-за стола, Норвин подошел, положил мне руки на плечи и сжал их. Наклонился, коснувшись моего лба своим.
— В книгах много чего пишут, — произнес шепотом, и у меня по коже пронеслись мурашки.
— Сейчас дам тебе лекарство.
А голосок того… не слушается. И слабость колени подкосила. Но в первую очередь я должна позаботиться о пациенте. Экспериментальным путем я выяснила, что масла надо лить поменьше, а мясо брать менее жирное. Я хотела избавиться от захвата, но стальные пальцы на плечах сжались сильнее, и я поняла, что больше вырываться не хочу.
— Эллена… — тихо произнес Норвин. — Все не так страшно, как ты себе вообразила. Желудок настоящего мужчины переварит даже башмак, если его приготовила любимая женщина. А теперь прекрати бегать и суетиться. Сегодня мы оба свободны, этот вечер только наш. Будь со мной.
Я ни на миг не сомневалась, какой смысл он вкладывал в это негромкое и уверенное «будь со мной». И мне, черт возьми, этого хотелось. Коснувшись кончиками пальцев его щеки, я произнесла:
— Раз так, то… пошли в спальню. У меня есть еще один самый действенный метод лечения.