А я так некстати подумала, что надо бы не забыть заказать акушерский стул, нечто подобное было и в нашем мире еще в Средние века.
Тьфу ты! Откуда эти мысли в такой момент? Другая бы отметила длинные сильные пальцы или широкий разворот плеч, а я специально обматываюсь колючей проволокой, когда дело касается чувств и эмоций. Только работа на уме, как сказал бы мой бывший.
— Спасибо, Норвин, — шепнула я одними губами и покосилась на Россейна. — Ну, он что-то выяснил?
— Потом поговорим, — взгляд серых глаз был непроницаем. — Мы свободны?
Вопрос был адресован уже ментальному магу. Повернувшись к нам всем корпусом, он склонил голову в каком-то угодливом жесте и сложил вместе кончики пальцев.
— Поздравляю, нейра Эллен. Я увидел все, что хотел, — и расплылся в улыбке. — Завтра после обеда будет слушание по вашему делу, не пропустите!
— Конечно, моя жена придет. Как свидетель. Верно? — последнее прозвучало тихо, но слегка угрожающе, у меня самой аж поджилки затряслись.
Говорить таким тоном, чтобы аж до внутренностей доставало — это надо иметь особый талант!
Нейт Россейн снова рассыпался в кивках и заверениях, а Норвин, как заправский санитар, схватил меня чуть выше локтя и потащил на выход.
Что вообще произошло, как ему удалось все разрулить? Неужели мои неприятности закончатся так быстро? Но рациональная часть рассудка пока боялась в это верить. Сначала надо пережить завтрашний день!
Гвардейцы любезно доставили нас до дома, но печать с ладони снимать не стали, объяснив это тем, что нужно особое разрешение какого-то высокопоставленного лица, которое можно будет получить только после окончания разбирательств. Отлично! Как ляпнуть — так пожалуйста, а как снять — мы тут ни при чем, просто мимо пробегали.
— Странный какой-то менталист, — сказала я, когда мы оказались на пороге дома.
Летняя ночь была тиха, только где-то стрекотали сверчки. Лунный свет обволакивал сад, растекался лужицей по крыльцу и это было красиво.
— Ага, очень странный, — кивнул Норвин, пряча в уголках губ ухмылку.
— Вы с ним что-то сделали?
— Не без этого, — ответил он таинственно.
— Что именно? Запугали?
— Пришлось дать ему денег в качестве поощрения и популярно объяснить, что и как он должен сказать и сделать. Я озвучил ему нужную версию и запретил копаться в ваших мозгах. Ну и… — он напустил на себя самый честный вид. — … запугал немного. Не без этого.
— Норвин! — страдальчески протянула я и закрыла ладонью половину лица.
Стало дико, просто невыносимо стыдно, а еще чуточку приятно. Именно сейчас я ощутила себя безумно важной и нужной. Только чем я это заслужила? Он и знает меня настоящую всего ничего.