Нам двоим пока хватит и одной комнаты, лишь бы стены были бетонные, а район поспокойнее. Чтобы я мог возвращаться туда и знать — здесь тишина. Здесь Лера.

Я думал о её родителях. Мысль о знакомстве с ними вызывала у меня приступ глухой паники, похлеще, чем встреча с ОМОНом. Как мне вообще зайти в их дом? Человеку с моими кулаками, шрамами и такой биографией нет места в их интеллигентной гостиной среди хрусталя и книг. Но придется найти. Особенно учитывая эти чертовы новогодние каникулы.

Александрович уже всё расписал: приедут «крупные шишки» из области, серьезные люди с большими деньгами. Будет большая игра в карты, ставки — запредельные. Александрович и Боксёр рассчитывают на меня. Я должен быть их «глазами», страховать стол и следить, чтобы никто не вздумал кинуть верхушку. Это был мой шанс прыгнуть выше головы, окончательно закрепиться в элите города. Но цена ошибки там была известна — не просто разбитая морда, а сырая земля в пригороде.

Всё навалилось разом. Костыль, который теперь затаил смертельную обиду и явно будет копать под меня, Маркин, который крутится вокруг Леры, эта игра, жилье… проблем было слишком много, а времени — в обрез. Я чувствовал себя сапером, который пытается обезвредить бомбу в полной темноте.

Тишину комнаты разорвал резкий, агрессивный звук уведомления. Телефон на колене завибрировал, обжигая бедро.

Я нехотя глянул на экран, и внутри всё просто заледенело. Короткое сообщение от Боксёра. Всего три слова, от которых по спине пробежал реальный, физический холод, какого я не чувствовал даже под дулом пистолета:

«Тебе пиздец, Картамаз».

Я замер, не в силах отвести взгляд от светящегося дисплея. Боксёр. Человек, который когда-то разглядел во мне, уличном пацане, потенциал и вытащил из грязи. Но он же был и тем, кто не прощал даже тени неповиновения. Я побаивался его — не той трусливой дрожью, как Денис перед ножом, а осознанным, глубоким страхом перед безжалостной машиной для убийства, у которой вместо сердца — кусок холодной арматуры. Я никогда не шел против «старших». Никогда не крысил и не подставлял их интересы.

Значит, Костыль успел добежать. Или кто-то из своих решил выслужиться и слил инфу про ту злосчастную сгоревшую фуру, за которую я нес ответственность.

— Артём? — Лера отложила карандаш, мгновенно почувствовав, как изменилось мое состояние. Воздух в комнате словно наэлектризовался. — Что там? Опять… опять проблемы? Кто-то звонил?

Я медленно, стараясь не выдать дрожи в пальцах, убрал телефон в карман и посмотрел на неё. Она сидела такая маленькая, такая хрупкая в своей домашней одежде, совершенно неприспособленная к той кровавой буре, которая сейчас неслась на нас обоих со скоростью локомотива. Если Боксёр решил, что я его кинул, он не будет проводить расследование. Он просто зачистит всё поле, включая тех, кто мне дорог.