— Ева, — протянула она, поднимая бокал. — Вы выглядите потрясающе. Завидую Нику.
— Вероника, — ответила Ева, принимая бокал из рук официанта. — Вы как всегда умеете делать комплименты, звучащие как угроза.
Они чокнулись. Звук стекла был хрупким, как тонкая ложь.
— Что, снова спасаете мир? — спросила Ева с лёгкой иронией.
— Скорее, улучшаем его, — с улыбкой ответила Вероника. — Потенциал человека недооценён. Я хочу, чтобы мы доживали до двухсот лет — красивыми, сильными, разумными.
— Это звучит так, будто вы боитесь умереть, — холодно заметила Ева.
— Я боюсь… остаться прежней, — прошептала Вероника и посмотрела ей в глаза. — А вы?
Прежде чем Ева успела ответить, рядом появился мэр Коул.
— Дамы! Пора перейти к делу. У нас важный разговор, и я хотел бы, чтобы он остался между нами.
Он повёл их наверх, в свой кабинет.
Комната была просторной, но без излишеств. Дубовый письменный стол, кожаные кресла, на стенах — фотографии и грамоты.
У окна стояли два чемодана — чёрные, с цифровыми замками и логотипом GenexaTech. Один был слегка приоткрыт. Внутри — металлические колбы в пеноматериале, ампулы, планшеты, кабели.
— Доктор Беннет, — начала Вероника, — Thera X готов к применению. Это наш самый стабильный образец. Мы добились невероятного — восстановление тканей после разрыва за 11 минут. Функциональное омоложение клеток. Устойчивость к вирусным мутациям. Это больше, чем терапия. Это перерождение.
Ева смотрела на чемодан с равнодушием. Лицо спокойное. Но внутри всё дрожало — как будто что-то хрупкое вибрировало под кожей.
— И вы хотите… опробовать это на моих пациентах? — спросила она, сдержанно, но с холодной сталью в голосе.
— Доктор Беннет, выбора нет. Этот препарат уже внесён в протокол лечения в хирургии и травматологии. Его коммерческое название — Theraplast Ultra.
— Уже внесён? — брови Евы дрогнули. — Вы даже не ознакомили меня с результатами испытаний. А теперь хотите, чтобы я его одобрила?
— Это просто легальные испытания, — ответила Вероника, сделав шаг ближе. — И мне нужен свежий взгляд. Независимый. А вы… очень умная женщина, Ева. Я ценю вашу работу.
— Раз уж есть испытания — я бы хотела с ними ознакомиться, — твёрдо сказала Ева.
— Нет, — спокойно произнесла Вероника, и в её голосе проскользнуло нечто холодное. — Отчёты могут повлиять на восприятие. А мне нужна объективность. Вы должны видеть пациентов, а не таблицы. Поверьте, это даже более честно.
Военная лаборатория «Прометей» находилась за городом Ривертон, в промзоне, которую горожане называли просто «восточным склоном».