— И что? — Том уперся руками в пояс, его широкие плечи напряглись. — Нам всю оставшуюся жизнь прятаться? Дрожать от каждого шороха? Мы же не крысы, Нева. Мы с тобой выживали, потому что дрались. А не потому что бежали.
Нева смотрела на него, и в ее глазах бушевала внутренняя буря. Она хотела сказать ему про Ричарда, про то, как ее руки дрожали от скальпеля, а не от ствола. Как она боится не пули, а банальной лихорадки. Но слова застряли в горле. Она просто молча покачала головой и отвернулась. Это был его выбор.
Воздух начал вибрировать. Но на этот раз это был не зловещий гул, а нарастающий, низкий рокот, знакомый и почти забытый. Из-за тёмной полосы леса, медленно, словно огромная стрекоза, выполз вертолёт. Именно то, что они ждали.
Вертолёт не летел пустым. Под его брюхом, на мощных стальных тросах, болтался словно игрушечный, но от этого не менее грозный, армейский «Хамви». Он раскачивался на ветру, и его тень, словно хищная птица, скользила по полотну моста, накрывая трупы и живых.
Нева, не отрывая глаз от зрелища, бросила Тому короткую команду:
— Готовь площадку. Оттащи эту падаль в сторону. Чтобы было куда сажать.
Том, не задавая лишних вопросов, кивнул и, отбросив винтовку за спину, схватил за ноги ближайшего мертвеца и потащил его к обочине. Работа была мрачной и неприятной, но необходимой.
Вертолёт, тем временем, завис прямо над центром моста. Гул винтов стал оглушительным, поднимая с земли вихрь пыли, мелких камней и кровавых луж. Тросы начали медленно отпускаться, и «Хамви» с глухим лязгом и скрежетом коснулся колёсами асфальта. Машина осела под своей тяжестью.
Нева, пригнув голову против ветра, подбежала к ней. Тросы были натянуты, их нужно было отцепить. Механизм был простым, но требовал силы и сноровки.
— Том, держи! — крикнула она, перекрывая рёв мотора.
Том подскочил, ухватился за массивный карабин. Нева, её пальцы работали быстро и чётко, отщёлкнула первый замок. Трос с силой отлетел вверх, едва не задев её. Со вторым было то же самое. «Хамви», теперь свободный, стоял на мосту, солидный и непоколебимый, словно всегда тут и был.
Как только машина была отцеплена, вертолёт плавно сместился в сторону, на свободное пространство. Лопасти стали медленно замирать.
Люк открылся, и оттуда, щурясь от дневного света, вылезли двое. Первым появился Балт. Он был в лётной куртке и с аурой человека, который знает себе цену. Вторым был Эд.
Балт, широко улыбаясь, направился к Неве, разводя руками для объятий.
— Ну что, босс, принимай гостинец! В целости и сохранности, как договаривались! Чертова птичка летает, как видишь!