Через несколько метров ее перестали тащить. Кто-то встал над ней, заслонив свет, и, с силой держа за руку, потянул на себя.
— Вставай! Надо смываться отсюда, быстрее! — голос был хриплым, срывающимся от нехватки воздуха.
Она, почти не сознавая, что делает, вскочила на ноги, ее тело пронзила боль в мышцах. Перед ней, запыхавшийся, с дикими глазами и разбитой в кровь губой, стоял Кайл. Весь он был в грязи, его куртка была порвана в нескольких местах.
— Ну же, Нева! — он тряс ее за плечо, его пальцы впивались ей в мышцы. — Двигайся!
Но ее взгляд, остекленевший и пустой, был прикован к тому месту, где только что был Рон. Там теперь была лишь куча дерущихся, рычащих и чавкающих тел, а из-под них на землю медленно растекалось темное, почти черное пятно.
Кайл и Нева бежали, не чувствуя под собой ног. Глухой гул орды позади то накатывал, грозя поглотить, то слегка отступал, сбитый поворотами узких улочек. Каждый выдох жёг лёгкие, а особняк с его обещанием спасения казался вечно удаляющейся миражной целью. Внезапно рация на ее поясе, которую она в суматохе даже не ощущала, вдруг отчаянно зашипела, и сквозь помехи пробился знакомый хриплый голос:
— Нева, прием! Я на Олд-Стрит, черт подери! Ребята, где вы? Кого забрать? Отзовитесь!
Это был Ричард. Голос его был напряженным, но собранным. Спасательный круг, брошенный в самый последний момент.
Нева чуть не выронила рацию. Её пальцы дрожали от нахлынувшей слабости и на них было что-то липкое и чужое — то ли грязь, то ли чужая кровь. Она с силой прижала кнопку, ее собственный голос прозвучал хрипло и отрывисто:
— Ричард, старый черт! Быстро ко мне! Мы на Мейн, у аптеки! Давай, они уже тут!
Помехи на секунду поглотили эфир, а затем донесся короткий, облегченный выдох и твердый ответ:
— Понял. Еду.
Она тут же, не переводя дух, переключила канал. Ее пальцы скользнули по кнопкам с привычной, вымученной точностью.
— Том, прием!
Ответ пришел почти мгновенно, словно он только и ждал ее сигнала:
— Я здесь. Докладываю: я в порядке. Основная масса... она почти прошла, протащилась мимо вышки. Ферма не тронута. Ни одна тварь не прорвалась. Но, Нева... они разбрелись. По всем улицам, как тараканы. Тихие, медленные... Их сотни.
Нева сомкнула веки на секунду, представляя эту картину. Не единый сокрушительный удар, который можно было отразить, а медленное, ядовитое заражение, просачивающееся в каждую щель ее города. Ее собственный голос в ответ прозвучал устало, но без тени сомнения:
— Поняла. Значит, предстоит много работы. Очень много. Том... будь осторожен.