Он переплел наши пальцы. Ладонь к ладони. Кровь к крови.
- Моя, - выдохнул он, глядя мне прямо в глаза.
- Мой, - прошептала я, чувствуя, как слова клятвы сами слетают с губ.
Жрец положил свои сухие руки поверх наших сцепленных ладоней и произнес последнее слово на забытом языке.
И в мгновение мир взорвался.
Это не было похоже на тот легкий жар, что я чувствовала раньше. Истинная связь, скрепленная кровью и законом, ударила по венам колоссальной, сметающей все преграды волной. Меня выгнуло дугой, и я задохнулась. Из наших сцепленных рук вырвался сноп ослепительно-белого и золотого пламени. Оно проникало под кожу, вплавляясь в самые кости.
На моем левом запястье серебристая вязь метки вспыхнула с такой силой, что осветила весь полуразрушенный храм. Узор становился сложнее, глубже, он оплетал руку, пульсируя в такт ударам сердца Дейрана.
Я чувствовала его. Каждую его эмоцию. Его дикую, первобытную нежность ко мне, его ярость к врагам, его абсолютную, несокрушимую готовность разорвать глотку любому, кто посмеет ко мне прикоснуться. Мы стали единым целым. Одним дышащим, пульсирующим механизмом.
Дейран рывком притянул меня к себе. Его губы обрушились на мои - жадно, властно, забирая все мои страхи. Я растворилась в этом поцелуе, впиваясь окровавленными пальцами в его плечи.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, тяжело дыша, я посмотрела на свое запястье. Метка все еще полыхала, и скрыть это было невозможно.
- Она выдаст тебя, - отец шагнул к нам, с тревогой глядя на светящуюся кожу.
Я закрыла глаза, концентрируясь. Теперь, когда источник был открыт полностью, магия слушалась меня идеально. Я вспомнила уроки Бриенны. Легкое усилие воли, тонкая мысленная нить - и я набросила на запястье морок. Свет погас, а кожа стала обычной, бледной.
- Ты научилась плести иллюзии, - тихо сказал Дейран, проводя большим пальцем по невидимому узору, - Долго не продержится.
- Хватит до завтрашнего дня, - я подняла на него глаза, - А завтра мы закончим это.
***
Утро встретило столицу ледяным туманом.
Городские ворота были наглухо закрыты. Патрули Валериана рыскали по улицам, как бешеные псы.
Я шла по центральной площади совершенно открыто.
Сбросив плащ Дейрана, я осталась в том самом рваном, грязном сером платье служанки. Мои волосы, очищенные от сажи (Бриенна гордилась бы мной, иллюзия сокрытия грязи работала в обратную сторону, возвращая мне мой истинный цвет), огненным водопадом падали на спину.
Люди шарахались от меня, как от прокаженной. Торговцы замирали с открытыми ртами.
- Это она! - истеричный крик какой-то торговки рыбой разорвал утреннюю тишину, - Леди с рыжими волосами! Это моя награда!