Мои ногти впились в ладони. Гера была здесь, и сидела в королевских покоях.
- Она сломлена, - продолжала мачеха, и я физически ощутила ее самодовольную ухмылку, - Я пила ее силу годами, капля за каплей. Без защиты своего дракона и без папаши, она - пустая оболочка. Дайте мне пару недель, и она сама принесет вам свою кровь на блюдечке.
- Меня мало волнует ее кровь, Гера, - раздался третий мужской голос, принадлежащий Валериану.
От звука этого бархатного, обволакивающего баритона меня пробрал ледяной озноб.
- Меня волнует ее фамилия, - продолжил принц, и я услышала тихий звон наливаемого в бокал вина.
- Дом Марцел - это ключ к Северу. Как только брачный контракт будет скреплен в храме, лорд Марцел окажется у меня в кулаке. Он не поднимет мечи против мужа своей драгоценной дочери. А когда нужда в ее фамилии отпадет… забирай девчонку себе. Можешь выпотрошить ее, мне плевать.
Я закрыла глаза, прислонившись лбом к пыльной стене. Меня замутило.
Вот она, правда, голая и уродливая. Я для него даже не человек. Я - политический инструмент, который после использования бросят собакам, вернее, змее.
- Вы слишком прагматичны, сын, - усмехнулась Изольда. Послышался шорох шелковых юбок, видимо, королева переменила позу, - Но меня занимает другое. Я смотрю на тебя, Гера… и не понимаю.
- Чего же, ваше величество?
- Ты сильна. Я чувствую это. Но в тебе нет ни капли благородной крови. Откуда ты вообще взялась? Валериан притащил тебя из какой-то дыры. Как девка из придорожной грязи стала той, кто смеет стоять в моих покоях и рассуждать о магии?
В тайном ходе я затаила дыхание. Я всегда знала, что прошлое Геры - тайна за семью печатями. Отец никогда о нем не говорил, а сама она пресекала любые вопросы.
Повисла долгая пауза. Я слышала, как потрескивают дрова в камине по ту сторону стены.
- Грязь отлично закаляет, ваше величество, - голос Геры изменился. Из него исчезла льстивость, и появилась жесткая, темная гордость, - Я родилась в таверне. На самой границе Южных и Топких земель. Гиблое, гниющее место. Моя мать и старшие сестры с утра до ночи раздвигали ноги перед пьяными наемниками, чтобы заработать на кусок хлеба. Я видела свою судьбу. Из всех богатств боги дали мне только смазливое личико и отчаянное желание не сгнить в этой дыре.
Послышался тихий смешок Валериана. Он явно наслаждался этим рассказом.
- И ты решила продать его подороже? - брезгливо бросила Изольда.
- Именно, - спокойно ответила Гера, - Однажды, в жуткую грозу, к нам постучался всадник. Богатые одежды, породистый конь и презрительный взгляд – все выдавало в нем благородное происхождение. Я сама подала ему ужин, и сама пришла в его комнату ночью. Я была молода и усердна. А он был готов к горячей ночи и способен на разговоры.