Я начал трахать её в попку. Сначала медленно, с длинными, глубокими проникновениями, выходя почти полностью и затем снова погружаясь до самого основания. Каждый толчок заставлял её тело вздрагивать и издавать короткий, хриплый выдох. Её внутренние мышцы сжимались вокруг меня, адаптируясь и начиная сами задавать ритм. Я ускорился, шлёпая её по ягодицам, чувствуя, как её спина покрывается испариной, а мои яйца хлопают о её промежность. Одной рукой я ласкал её обнажённую грудь, сжимал, щипал её сосок, пока она стонала всё громче, уже не обращая внимания на то, что происходит за ширмой, полностью отдавшись грубому, глубокому удовольствию, которое мы разделяли.
Я ускорил темп, и наши тела слились в едином, грубом ритме. Лана начала вскрикивать — короткие, обрывистые звуки, которые она уже и не пыталась сдерживать. Волна нарастающего удовольствия охватила меня, сконцентрировалась внизу живота, и я, с низким стоном, начал кончать глубоко в её попку, чувствуя, как её внутренние мышцы судорожно сжимаются вокруг меня в ответ. Лана вся задрожала, её спина выгнулась, а пальцы вцепились в простыни.
Когда пульсация стихла, она медленно отстранилась, и мой член с мягким звуком вышел из неё. Она сразу же уткнулась лицом в смятое одеяло, её плечи слегка вздрагивали.
Я поднёс к её лицу свой всё ещё влажный член. Лана повернула голову и удивлённо посмотрела на меня своими огромными алыми глазами.
— Да, коооть, не буду, — надула она щёчки, изображая отказ, но в её взгляде уже мелькала знакомая искорка.
— Кись. Ну чуть-чуть, — попросил я, поглаживая её по волосам.
Она нахмурилась, сделав вид, что очень недовольна, но не отводила взгляда от моих глаз. Затем её губы сомкнулись вокруг головки. Она принялась нежно сосать и вылизывать её, убирая следы нашей совместной страсти. Я тихо застонал, проводя пальцами по её белоснежным волосам, и в порыве нежности слегка шлёпнул её по ещё влажной попке.
Лана поморщилась и выплюнула член.
— Откушу! — пригрозила она, но в её голосе не было злости.
— Нельзя! Только сосать… — усмехнулся я.
— Ууу, — протянула она, отползая. — Пойду помоюсь. А то… целоваться потом захочется, а я вся…
Она села на край кровати, сняла скомканные трусики и швырнула их в меня. Затем, бросив на меня долгий, многообещающий взгляд, направилась к маленькой ванной комнате, нарочито виляя бедрами.
Я улыбнулся и поднялся с кровати, чтобы последовать за ней. Выйдя из-за ширмы, я замер на секунду. Моим глазам предстала картина: Таня, сбросившая блузку, скакала на Зигги, который лежал на спине на кровати Тани, его глаза были закрыты от наслаждения. Я мгновенно отвернулся, с трудом сдерживая смех, и поспешил следом за Ланой в ванную, тихо прикрыв за собой дверь.