Во дворе ее не было. Только Олена жалась к бабкиной юбке.

— Куда! Не смей!

Поздно. Наскоро пробормотав нехитрый заговор против огня, Марика закрыла лицо платком и бросилась внутрь. Она же ведьма! Ей ли не найти спрятавшегося ребенка?

Огонь неторопливо и как-то лениво лизал деревянные ступени лестницы, но до светлых горниц еще не добрался. Марика птицей взлетела вверх, заглянула в одну горницу, в другую… Хорошо еще, что у Ольга не княжьи палаты! Варьки нигде не было. На всякий случай ведьма сунула голову и Ольгову спальню, но и она была пуста. Оглянулась: лестницу всю уж заволокло тяжелым дымом. Прекрасно! И девчонку не нашла, и сама сгинет теперь!

Не понимая саму себя шагнула в горницу и уставилась на огромный сундук в углу, где княжич хранил свой меховой плащ и прочие вещи. Бросилась к нему, откинула крышку…

Варька, конечно же, была там, вся дрожащая, зареванная. И не одна, с ней был внук дядьки Ермола. Ждан, кажется?

— Нашла? — раздался позади такой родной глас, а следом — натужный кашель. — Молодец, я б не додумался. Ох, да их тут двое!

Марика зло взглянула на Ольга, конечно же, бросившегося следом за ней: вот ведь дурень! Ему-то никак нельзя погибать, на кого он Бергород оставит? Ольг же решительно сграбастал детей, подбежал к окну и вышиб его ногой. Выглянул наружу, усмехнулся.

— Прыгать будем.

— Чтобы шею себе сломать?

— Ну, авось и не сломаем. Зато точно не угорим. Постель бери и вниз кидай.

Марика поглядела на него, как на юродивого, а Ольг только закатил глаза.

— Ну что стоишь как столб, родимая? Держи тогда.

Сунул ей икающую и всхлипывающую Варьку в руки, парнишку дрожащего на лавку опустил, подхватил в охапку лежащие на кровати меха, подушки и перину да бросил вниз.

— Вот, так помягче будет.

Марика подошла к окну, выглянула вниз: там народ сгреб все сброшенное в кучу да принялся очень быстро кидать поверх свои кафтаны, шубы да рубахи. Ольг молча подхватил на руки Ждана и скинул его вниз, прямо в центр мягкой этой горы. Визжащий отчаянно мальчишка был тут же принят на руки мужиками.

— Теперь Варька.

Марика безропотно отдала девочку отцу, наблюдая, как та, раскрыв руки словно крылья, летит вниз. И снова — в самую кучу. Подскакивает сама, целая и невредимая, бросается в руки взлохмаченной Катерины.

— Я не буду прыгать, — шепчет Марика. — Лучше уж сгорю.

— Воля твоя, — кивает Ольг. — Скажи только: любишь меня?

— Люблю, — шепчет ведьма побелевшими губами. — Больше жизни люблю. Прощай! А-а-а!

Ольг попросту выталкивает ее из окна. Где-то за его спиной вдруг с ревов вспыхивает пламя и что-то рушится, а Марика уже лежит на мягком. Сильный удар вышиб дыхание, но руки-ноги целы и голова работает как никогда ясно. Она откатывается в сторону и закрывает лицо руками, чтобы не видеть, как огромный и тяжелый княжич прыгает вниз.