Так что часов до одиннадцати вечера я не жаловалась. Но когда он предложил поехать в парк аттракционов и покататься на русских горках под звёздным небом, всё-таки призналась:
— Если честно, у меня глаза слипаются… А ты сам вздремнуть не хочешь? Вести машину после того, как не спал ночью и потом прободрствовал весь день, может быть опасно…
— А я так привык, — сказал Элвис. — С тех пор, как я стал популярен, честно говоря, подолгу спать уже не умею. И к ночи как раз расхожусь только. Концерты ж в основном по вечерам. Кроме того, в темноте можно более-менее спокойно гулять по улице: меньше шансов на поклонниц напороться.
Я вспомнила, как одном интервью он действительно говорил, что спит по два-три часа в сутки:
— И как ты выдерживаешь такой ритм? Я бы просто свалилась…
— Современная наука позволяет, — Элвис таинственно улыбнулся и вытащил из кармана упаковку розовых таблеток. Достал одну из них и подал мне: — На, попробуй. Сон как рукой снимет. Будешь прыгать до потолка.
— Ты это принимаешь? — я немного беспокойно посмотрела на таблетку в его ладони.
— Ага, — отозвался он беззаботно. Потом вытащил из блистера еще один кругляш и сунул в рот. — Только не распространяйся об этом особенно. А то журналисты узнают — начнут что попало писать… А вообще это штука хорошая. Джерри Ли Льюс их тоже употребляет…
— И поэтому он такой буйный?
— Наверно. Ещё говорят, что их Джозеф Маккарти любил. Как закинется — сразу давай коммунистов разоблачать!
— А не вредные они?
— Да нет, конечно! Я про них в медицинской энциклопедии прочитал, так что всё нормально… Хотя, конечно, если хочешь спать, то спи. Я тебя не заставляю. С горок со мной ты кататься совсем не обязана.
— Нет-нет, я хочу спать, конечно. Но тусоваться с тобой хочу больше!
Он довольно ухмыльнулся. Я съела таблетку. Еще не хватало, чтобы он нашел какую-нибудь другую девушку для похода на горки!
Потом Элвис стал звонить в парк и договариваться с его руководством насчёт индивидуального ночного посещения для знаменитости. Пока он это делал, я пошла на кухню, запила таблетку газировкой со вкусом жвачки. Потом решила чуточку прилечь.
И отрубилась.
На следующее утро я обнаружила себя в одежде и поверх одеяла в одной из спален. Проснулась от нежного голоса:
— Вставай, детка! Доброе утро!
Элвис сидел у меня в ногах и уже был при полном параде: в пиджаке, при галстуке, с уложенными в «утиную попку» волосами. Понятия не имею, спал он вообще или нет, но, клянусь, выглядел ещё лучше вчерашнего!
— На горки? — пробубнила я спросонья.
— Горки отменились, дорогуша. Ты уснула. Сейчас уже утро.