Кольнули в другую.
Интересно, откуда здесь этот запах жженой резины? Пожар? Мы сгорим?
Ох, главное сейчас не шевелиться…
Если не двигаться, то и пожар не затронет…
Голова так сильно кружится…
…если я сейчас оступлюсь, то грохнусь с седьмого этажа на мостовую…
…интересно, откуда в нашей гостинице этот парень, да её и с гитарой?..
…ой, снова пчела укусила!..
…этот гриб такой величественный…
… главное — не ослепнуть…
ТЫ ЛЮБИШЬ ДЖАЗ
ТЫ ЛЮБИШЬ ДЖАЗ
ТЫ ЛЮБИШЬ ДЖАЗ
… ладно, люблю, я согласна…
ТЫ ЛЮБИШЬ ДЖАЗ
… а что такое джаз?
ТЫ ЛЮБИШЬ ДЖАЗ
… я забыла, что значит «любить»…
… ой, а кто я такая?
Проснулись мы к полудню. Несмотря на то, что во время «процедур» все отрубились и фактически проспали пять дополнительных часов, у всех было такое ощущение, будто позади рабочий день. У Джун ломило кости, у Джулии раскалывалась голова, Джуди и я просто жутко хотели спать. Тем не менее, я нашла в себе силы поинтересоваться у остальных:
— Эта дрянь тут регулярно?
— Каждый день.
— И всегда вот так вот?
— В целом да.
— Но это же издевательство! Нарушение прав человека! Надо пожаловаться! Где здесь пикчерфон?
— Здесь нет пикчерфона, — ответила Джун.
— А телефон?
— Тоже нету. Нам не полагается общаться со внешним миром.
— Ну тогда бежать отсюда надо! На каком мы этаже? Ведь это первый? Впрочем, даже со второго можно вылезти, я пробовала!
— Окна не открываются.
— Тогда побежим через двери!
— Вокруг территории очень высокий забор. И он под напряжением. Если хочешь — потрогай по время прогулки. Хотя не советую.
— Отсюда вообще можно выбраться⁈
— Через две недели будет медкомиссия. Скажешь врачу, что Элвис тебе больше не нравится. Обычно после этого выпускают.
— Две недели! — Я пришла в ужас, но сдаваться не хотела ни за что. — Так. Ладно. Допустим. Тогда в течение этих двух недель я соберу ваши показания о пытках, чтобы, выйдя отсюда, сразу же подать в суд. Хм, где бы записать?..
— Бумаги нет.
— Ручек нам не дают.
— И карандашей тоже. Боятся, как бы мы себе глаза не повыкалывали.
— Тогда просто расскажите. Я запомню. Как вас мучили? Эти так называемые процедуры день ото дня меняются или они вообще всегда одни и те же?
Джулия озадаченно почесала затылок.
— Так прям сразу и не скажешь, — озвучила общую мысль Джун.
— Я не помню, — продолжила Джуди.
— Знаешь, это как-то быстро забывается.
— Не хочется хранить в памяти такие вещи.
— Главное, помнить, что сопротивление бесполезно. А остальное… Да ну его!
— Вы хоть помните, что с вами сегодня-то делали? — удивлённо спросила я. — Мне вот повторяли, что я джаз люблю. Джаз! Прикиньте! Вот глупость!