— Сожалею, — ответила я, — но мне велели отдать её мистеру Пресли в собственные руки.
Мамушка закатила глаза.
— Чёрт возьми, я и есть мистер Пресли! Я принял этот облик, чтоб вы слишком не визжали и чтоб в обморок не падали.
— Что за шутки⁈ — воскликнула я — Слушай, как тебя там, ты, зови хозяина!
— Да я и есть хозяин, — повторила негритянка. — Я встретил тебя у ворот. Ты упала. Принёс и сюда положил. Ты опять отключилась. Да я это, я! Ну!
— Элвис… ты?
— Я, я. Давай посылку.
— Так ты, что, можешь облик менять?
— Само собой. Джо умеет, ну, а я чем хуже?
— Какой Джо? Эспозито?
— Фу-ты ну-ты! Джозеф Сталин, разумеется! Ведь он тебя прислал?
— Да… Он…
— Так чему ж ты удивляешься?
— А как не удивляться, если кто-то заявляет, что в другого человека превратился⁈
— Так ты не знала? Ну, что мы так можем… Сталин, что, не сказал тебе?
— Нет.
Негритянка вздохнула.
— Наверно, я выдал секрет. Ну, теперь ничего не поделаешь… Ладно посылку давай мне.
— Э, нет!
За последнее время люди слишком много обманывали меня, притворяясь тем, кем не являются. Своим глазам я ещё верю — кое-как — но уж этой болтовне про превращения — увольте!
— Превратись обратно в Элвиса.
Негритянка недовольно запыхтела.
— Не веришь мне, значит?
— Прости, но пока оснований не вижу, чтоб верить.
— А если я обратно превращусь, опять отключишься?
— Нет! Обещаю! Все силы в комок соберу и…
— И чтобы не кидаться! И не лапать! А то знаю вас, девчонок!
Я сунула кисти под ляжки.
— Ну ладно.
Негритянка убралась в другую комнату. Через пару минут из-за той же двери вошёл Элвис.
Так, стоп!
А он ли это⁈
Или снова лишь кто-то похожий?
Сомнение в том, что я лицезрю настоящего Элвиса, придало мне сил, чтобы удержаться от очередного приступа неадекватного поведения и сказать:
— Нет-нет, так не годится! Она вышла, он вошёл… Вы, что, серьёзно⁈ Вы тут думаете, я в это поверю⁈
Элвис взглянул на меня своим фирменным взглядом — таким мрачно-сонным, густым, очень липким. Кажется, он разозлился, но у меня в животе закружились не бабочки даже, а реактивные самолёты. Лицо и уши мигом покраснели. Стало дико страшно, что он догадается сейчас, чего мне хочется, но в то же время — что не догадается.
— Ты считаешь, я тебя обманываю? — спросил певец ужасно строгим и ужасно сладким голосом.
— Меня последнее время очень часто обманывали… — Пролепетала я кое-как. — Один человек убедил меня, что он — это вы… И вовлёк в большие неприятности…
— И как мне доказать, что я — это я?
— Не знаю… Вы ж бесплатно… не поёте?
— Я пою, когда хочу, — ответил Элвис. — Уж тем более, дома у себя.