— Спасибо, Эля, — в наступившей тишине сказал Корнейчуков, башней выросший за её плечом, — Здравствуйте, товарищи!
— … и тебе…
— … здоровей видали.
Не теряя времени даром, африканер ледоколом раздвинул толпу и повесил на дерево в центре двора большую карту Одессу и окрестностей.
— Не будем терять времени даром, товарищи, — деловито начал Николай, — к делу! Для начала хочу заверить вас, что мы ни в коем разе не претендуем на главенствующие роли в этом восстании, а только лишь предлагаем помощь с кооперацией действий и…
Он сделал паузу.
— … оружием.
— Га-а… — оглушённые птицы поднялись над кварталом, а перепутанные коты забились по щелям. Заговорили разом, перекрикивая друг друга, хватая за грудки и норовя пробиться к Корнейчукову и Сэмену Васильевичу, расталкивая соперников. Дай!
— Товарищи! Товарищи! — больше угадывалось, чем слышалось от вскочившей на стол Эльки.
Бахнул выстрел… и гомон разом — как обрезало.
— Оружия хватит на всех, — веско сказал Сэмен Васильевич, опуская револьвер, — Тих-ха!
— Благодарю, — кивнул ему Корнейчуков, — Повторюсь, оружия хватит на всех желающих, скажите спасибо Сэмену Васильевичу.
— К сожалению, — он достал трубку и начал раскуривать, дрессируя толпу, — восстание началось много раньше запланированного, и началось стихийно, без должного руководства.
— Оружие в обмен на лояльность? — сощурился Махайский[iii], бежавший недавно из-под ареста в Иркутске.
Корнейчуков смерил его тяжёлым взглядом, передавливая и…
… неожиданно отпустил анархиста, улыбнувшись.
— Нет. Оружие мы дадим вам в любом случае… — и единый выдох прошелестел в толпе, — но мы надеемся на вашу самодисциплину.
— Мы… — выделил голосом Махайский, сощурившись.
— Мы, — шагнула вперёд София…
… Беня Канцельсон
… Сергей Жуков.
— Красные бригады, — мягко закончила женщина, и с десяток командиров и авторитетных бойцов самообороны встали рядом с ними.
— О…
Вытянулись шеи в толпе, заговорили… шепотом почему-то, будто в церкви.
— С… с вами! — решительно тряхнув головой, Элька пробилась через толпу и встала рядом с Софией. Оглянувшись на Корнейчукова, она покраснела слегка и отвернулась, старательно не глядя в его сторону.
— С вами!
— Пишите…
— Принимайте командование!
… а давешний гимназист, забыв обо всём, смотрел восторженными глазами на людей из Легенды.
— Добровольно и с песней, — не совсем понятно сказал Сэмен Васильевич одними губами, уважительно поглядывая на африканера, оказавшегося настолько непростым.
Корнейчуков же, чуть вздохнув, выбросил… постарался выбросить из головы вечный свой страх и нежелание ответственности. Что в Африке, что сейчас… как-то так получается, что больше — некому просто!