— Ты хочешь присоединиться, не так ли? — спрашивает Мэйсон. — Тебе нравится то, что ты слышишь, перестань обманывать себя. Ей сейчас так хорошо. Кажется, Хантер выкладывается на полную, лишь бы киска его принцессы оставалась довольной.
Друг Мэйсона издает утробные рычания, по звукам увеличивая скорость и жесткость движения. Я сжимаю бедра. Мои ноги резко отрываются от земли и Мэйсон тащит меня вперед, в ту сторону, где находятся Хантер и Роуз. Черт возьми, нет. Это не в моем стиле, я не хочу. Но чем больше я брыкаюсь в его руках, тем крепче становится его хватка. Я борюсь, кусаюсь и царапаюсь до тех пор, пока он не бросает меня на капот рядом с Роуз.
— Привет, дружище, — говорит он Хантеру, — не против. Если мы присоединимся?
Я вся краснею, мне так стыдно, что готова молиться всем богам, лишь бы на меня упал сейчас метеорит. Когда мы с Хантером пересекаемся взглядами, я вижу, как покраснело у него под глазами, некоторые пряди черных волос прикрепились ко лбу, а глаза мутные, как будто ничего не видят. Уверена, ему сейчас вполне плевать на то, что происходит, он полностью в экстазе от девушки, которая находится в его руках.
Роуз тем временем пытается не смотреть на меня, всячески прячась, и, боже, как же я ее понимаю. Это что-то абсолютно новое. Я видела ее сиськи и голую задницу тысячу раз, а может, даже больше, но никогда еще между нами не происходило подобное. Это больше, чем просто нечто запретное, больше, чем грех. Какой-то части меня нравится то, что происходит, но разум все еще врезается в мозг, вынуждая меня бороться. И я благодарна, что мозг не собирается уступать этому гаду.
Я пытаюсь царапнуть его в очередной раз, но Хантер хватает одну мою руку, а Мэйсон другую, не давая мне причинить кому-либо из них вред. Дэвис продолжает наблюдать за нами, ему очень нравится происходящее, даже если он не полностью его понимает. Ну, конечно. Чего еще ожидать от двух психопатов?
Мэйсон крепко сжимает бедрами мои ноги, задирая свободной рукой мою водолазку так, что грудь, обтянутая обычным бесшовным лифчиком, показывается перед ним в полной красе. Когда он опускается, оттягивая чашечку зубами и беря сосок в рот, покусывая его, хватка Хантера на моем запястье становится сильнее, а из меня против воли вырывается удовлетворенный возглас.
— Вот так, детка, — говорит Мэйсон, — перестань смущаться, как последняя сука, и просто прими этот момент полностью, мать твою. Тебе не выбраться, Лилит, как и твоей маленькой невинной подружке, — приподнявшись, он тянет руку к Роуз и, осторожно схватив за подбородок, заставляет ту посмотреть на меня. Она зажмуривается.