Лениво засунув руку в карман, достаю телефон и, перевернувшись на спину, подтягиваюсь на локтях, чтобы уложить тяжелую голову на многочисленные подушки, обернутые бардовым постельным бельем из прохладного шелка. Мне нужно раздеться, но даже на это я не могу выделить остатки своей энергии.
Разблокировав мобильник, я открываю переписку с Лилит. Ну, как переписку, это больше похоже на мое общение с самим собой. Каждую гребаную неделю мне приходится менять вторую сим-карту, потому что она блокирует все мои номера. В очередной раз не увидев ответа, я скреплю глазами и мрачно смотрю на стену, освещенную фонарями богатых зданий центра нашего городка.
Чертовщина! Слишком много всего, с чем нужно разобраться. Отец, бизнес, Лилит, что из этого стоит решить в первую очередь? Наверное, надо окончательно разобраться со смертью отца, это дело не займет много времени, в отличии от этой двадцатиоднолетней девчонки. Как такая малютка смогла так плотно засесть в моем мозгу? А что, если бы она узнала мой настоящий возраст? Если бы я показал ей свои настоящие документы, вместо поддельных? Назвала бы она меня «папочкой»? Я хихикаю от собственной тупости и вновь смотрю в телефон.
Последнее сообщение выжигает мои глазные яблоки, я так желаю, чтобы она ответила на мои сообщения. О, она точно ответит, но позже. Я заставлю ее ответить за все то игнорирование, заставлю отвечать на каждое из них, пока она будет захлебываться моим членом. Сучка не знает, с кем связалась. Уйти — не значит оставить в покое. Пожила одна, подышала свободой и хватит.
Хватит, Лилит, пора вернуться к тому, кому ты принадлежишь.
Гласит мое последнее сообщение.
Глава вторая. Лилит
— Черт! — выругиваюсь я, выронив телефон.
Подняв его, проверяю экран и быстро засовываю его в сумочку, спускаясь по ступенькам с кофейни, находящейся через дорогу от кампуса. До конца лета осталась половина месяца, как только закончилась практика, я большую часть времени проводила в библиотеке при университете, подготавливая себя к новому курсу на пару с Роуз.
Я не любитель учебы и до недавнего времени была убеждена, что мне в целом нет смысла стараться, однако после предательства Мэйсона и его вонючего дружка Хантера, в моей жизни появились новые цели, которые должны были помочь мне не вспоминать об этом красноволосом сатане.
Что ж, пока никто не видит и не слышит, буду предельна честна. Я охренеть как скучаю по Мэйсону. Скоро стукнет три месяца, как мы не виделись, но мне не стало легче, абсолютно. Меня угораздило влюбиться в мудака, который, судя по сообщениям, которые он часто шлет мне, еще и одержимый засранец. Принадлежу ему? Этот ублюдок реально думает, что я могу кому-то принадлежать, кроме самой себя?