Лилит не нужна моя любовь. Лилит вообще ничего не нужно.
Но, может, ей нужен страх, который она испытывает рядом со мной?
Я не отпущу ее, не оставлю в покое, даже после этих жестоких слов. Более того, она ответит за каждое. Я заставлю ее сходить с ума, пока она не сдастся, и не крикнет, что сказанное было ложью, что я нужен ей больше, чем воздух.
Опустив руку, засовываю ее в карман и вызываю себе «убер», а в моей голове уже составляется четкий план того, как я буду над ней измываться.
Люби меня, Лилит.
Или страдай вместе со мной.
Глава тридцать вторая
Лилит
— Тебя смущает, что я врач Роуз? — спрашивает Оуэн, после десятиминутного молчания.
Он красивый. То есть, действительно красивый и теперь я окончательно поняла, чем он там привлек Роуз в свое время. Правильные черты лица, аккуратная прическа, и эти умопомрачительные очки для зрения. Да простит меня милашка Хантер, но этот парень полностью выигрывает на его фоне.
— Может быть? — говорю я неуверенно, продолжая блуждать взглядом по кабинету, лишь бы не смотреть на него слишком долго.
Конечно же, за всю свою жизнь я уже была у подобного врача, выворачивала перед ним свою душу и историю своих болезней, но сейчас, сидя тут будучи совершеннолетней, я чувствую себя странно слабой, будто не могу разобраться со своими проблемами самостоятельно.
Оуэн же не посчитает меня глупой, верно? Это его работа, он ежедневно исправляет таких, как я, а бывает, ему попадаются пациенты и похуже. Мне не должно быть стыдно, я ведь не смущаюсь, когда прихожу к терапевту с гриппом. Моральное здоровье важно точно так же, за ним тоже важно ухаживать.
Доктор поддается вперед, сцепив руки перед собой, опирается на стол. Его взгляд мягкий, в нем нет никакого осуждения или чего-то подобного, он источает профессионализм. Оуэн старше Мэйсона всего на чуть-чуть, однако атмосфера рядом с ними абсолютно разная. Пока Мэйсон склоняется ближе к обычному парню, от этого веет именно мужчиной, способным решить любую проблему.
— Расскажи мне, пожалуйста, в какой именно момент ты решила, что тебе нужно посетить меня? Что тебя к этому подтолкнуло? — спрашивает он, говорит тихо, спокойным тоном.
Я благодарна ему за терпение, за то, что он пытается вывести меня на диалог, не давя и не торопя. Мои руки сложены на коленях и, сжав их в кулаки, облизываю губы, нервничая.
— Я могу забраться в кресло с ногами? — спрашиваю его.
— Конечно, мисс Ростлиф, как тебе удобно, — кивает мужчина, указав на кресло рукой.
Стоит мне обнять свои колени и утонить в удобном сиденье, как я сразу же начинаю чувствовать себя более комфортно. В такой позе я всегда ощущаю себя более безопасно и, молча просидев в ней несколько минут, наконец-то напитываюсь уверенностью, чтобы заговорить.