Его белки болезненно красные, а под глазами залегли такие сильные синяки, будто он не спал целую вечность. Только после этого я замечаю, каким потрепанным и уставшим он выглядит. Черт возьми, чем он занимается все это время, раз выглядит так, будто в шаге оттого, чтобы сдохнуть?
— Что ты здесь делаешь, Мэйсон?
Парень, почувствовав что-то, смотрит себе за плечо. Выглянув из-за его внушительного тела, нахожу объект, который привлек его внимание и заставил напрячься. Майкл не уехал, как я просила, он стоит, опираясь на дверь своего автомобиля и хмуро наблюдает за нами. Это немного жутко, его взгляд настолько темный, так пристально следящяй за каждым движением Мэйсона, что от его милой очаровательности не остается ни следа.
— Кто он? — рычит Мэйсон, продолжая испепелять моего нового друга взглядом.
Встав на носочки, я тянусь так высоко, как могу, чтобы схватить Мэйсона за подбородок, повернув его лицо к себе. Это плохая идея, потому что прикосновения к его коже вызывают новый прилив мурашек по всему моему телу.
Взгляд Мэйсона, обращенный на меня, сочится яростью. Вообще-то я не сделала ничего такого, чтобы заслужить это. Почему он смотрит так хмуро, как будто я его обманула или изменила ему?
— Наклонись, — требую я. Он бросает взгляд на мои губы и послушно наклоняется к моему лица, его дыхание опаляет мои губы. Поддавшись вперед, практически целуя, удерживаю это желание внутри себя и перед тем как грубо оттолкнуть его, шепчу: — Не твоего ума дело, придурок.
Мэйсон моргает, потому еще раз и, заметив, что я разблокировала машину и собираюсь сесть в нее, быстро несется к двери со стороны пассажира.
— Эй, вон из моей тачки! — грубо требую я, когда он плюхается на кресло.
Вместо того, чтобы послушаться, парень вырывает ключи из моих рук, не давая завести двигатель и довольно улыбается.
— Нет, — парирует он.
А потом я чувствую его руки на себе и не успеваю пискнуть, как оказываюсь на его коленях.
И все-таки, сегодня я точно умру.
Глава двадцать седьмая
Лилит
— Какого черта ты делаешь? Отпусти меня сейчас же! — кричу я, стукнув его по плечу.
Вместо того, чтобы выполнить мою просьбу, он сильно краснеет, а его взгляд затуманивается.
— Лилит, — мурлычет он, широко улыбаясь, и вдруг зарывается лицом мне между грудей. — Лилит, Лилит, Лилит. Моя Лилит, — тянет Мэйсон.
— Ты что под кайфом? — мямлю я, теряя всю уверенность, а он лишь посмеивается.
Положив подбородок меня на грудь, одной рукой он опускает сиденье чуть назад.
— Поехали погуляем? — предлагает он.
Мои глаза расширяются. Я фыркаю, не понимая, что за чушь он несет. Меня настолько удивляет его странное поведение, что я даже не знаю, что ему ответить, продолжая тупо глазеть на него. Ему нравится моя растерянность, улыбка становится шире, показывается проклятая ямочка на одной его щеке, которую мне вдруг сильно хочется облизать.