— Мэрилайн Уисвилл верила в силу второго шанса. — От имени матери Роуз, сорвавшегося из его уст, по моему телу проходит дрожь. — Джек сказал, что она считала, что некоторые люди заслуживают прощения, надежды на второй шанс. Я думаю, Мэйсон один из таких. Очень надеюсь, что ты сможешь простить его.
Я все же опускаю взгляд в пол, чувствуя, как все во мне холодеет. Если бы Хантер только знал. Не все можно прощать, предательство это то, что необходимо пресекать на корню. Я не осуждаю решение Джека Уисвилла, но на его месте не смогла бы принять обратно Хантера. Я просто… не знаю.
— Возможно, не являйся Мэйсон тем, кто он есть, я бы его простила. Повторюсь еще раз Хантер: ни я, ни Роуз не являемся вещью. Мы принадлежим только себе, в первую очередь себе. Мэйсон не может писать «я хочу тебя либо защитить, либо уничтожить» и рассчитывать, что я буду ждать его здесь с распростёртыми объятиями.
Покрасив последнюю прядь, он собирает волосы в кучу и надевает на меня специальную шапочку, снимает перчатки и аккуратно кладет их на комод, после чего притрагивается к моим плечам. Мы вновь смотрим друг на друга в отражении.
— Он прям так и написал? — спрашивает Хантер, а я лишь киваю, уже жалея, что выпалила это. — Мэйсону тяжело. Понятия не имею, в курсе ли ты того, что творилось в его жизни, но его никто не научил любить человека правильно, мать умерла слишком рано, чтобы он успел этому научиться.
— Я понимаю, Хантер, но я не обязана жертвовать собой, чтобы стать той, кто научит его этому.
Он кивает и отстраняется от меня. Вынуждена признать, что сейчас мне с ним очень комфортно. Нет того дискомфорта, который я испытывала, пока он смотрел, как его друг трахает меня, как и нет желания убить его. Хантер может быть приятной компанией, когда захочет.
— У меня есть кое-что для тебя, оставил в машине. Сейчас вернусь.
Он приходит буквально через несколько минут, когда я уже стою на кухне и делаю нам кофе. В его руках небольшой бумажный пакет, на котором написано MIZUNO (бренд дорогих кимоно ). Я знаю, что это за бренд, у меня вырывается вздох, когда он протягивает его мне.
— Я знаю, что не все ошибки можно исправить подарками, но прими это, пожалуйста, — говорит он.
Заглянув внутрь, я вижу сложенное кимоно кроваво-красного цвета и шумно сглатываю.
— Спасибо, Хантер, но не стоило, — тихо говорю я, неловко почесав затылок и прижимая пакет к груди.
Парень вновь улыбается и, взяв чашку с кофе, который я поставила рядом с ним, говорит:
— Стоило, Лилит.
Глава пятнадцатая. Мэйсон
— Ты точно поняла, как ухаживать за тату? — в сотый раз переспрашиваю я Роуз, когда мы выходим из комнаты.