— Я не знаю, как взять себя в руки, Мэйсон, — сквозь рыдания говорит она.
— Тебе это и не надо, милая. Просто дай себе это пережить. Не пытайся быть сильной, — поддерживающе нашептываю я ей на ухо и оставляю мягкий поцелуй за ним.
Мы сидим так целую вечность, я насквозь промок, все мое лицо покрыто отлетающими от ног каплями воды. Несмотря на все эти слезы, что разрывают ей грудь, это лучшее, что происходило между нами за всю эту неделю. Мне так не хочется ее отпускать. Не ограничивай меня физические возможности тела, я бы притянул ее еще ближе.
— А что, если не получится? — со страхом спрашивает она.
Может и не получится. К сожалению, это правда жизни, которую так не хочется признавать. Бывают моменты, когда человек не может справиться, даже если пытается очень сильно. Это вовсе не говорит о его слабости, это лишь говорит о том, что он не способен на все, как утверждают другие.
Но я не хочу думать об этом. Я знаю, что у нас все получится. Из кожи вон полезу, но помогу ей справиться с этим. Я не дам Лилит сломаться. Пусть она и думает сейчас о том, что полностью разрушена и, возможно, не подлежит восстановлению, но я знаю, что в ней намного больше сил, чем ей кажется. А еще есть мы. Все мы. Я, Хантер, Роуз, Блэк и Джек. Ну и Джулия с ее мамой. Никто не даст ей опустить руки.
— Получится, все получится, — успокаиваю ее я. — Просто… дай себе время.
— Мне нужно взять себя в руки, если я хочу, чтобы малыш родился здоровым.
На это у меня нет ответа, потому что сейчас она права. Вместо того, чтобы что-то сказать, я беру ее ладонь и кладу поверх ее живота, а потом накрываю своей. Так мы и сидим целую вечность, пока в ванной не заканчивается воздух, а пара не становится слишком много.
В эту ночь Лилит вновь спит у Роуз, закрывшись там с подругой и собаками, а я, не способный найти себе места, остаюсь один у ее двери, засыпая прямо на полу, у ее порога, надеясь, что хоть так смогу уберечь ее сон от бесконечных кошмаров.
Лилит
Стоит отдать себе должное. Я пытаюсь и иногда у меня даже получается. Через две недели, когда тошнота и рвота становятся совсем невыносимыми, а в животе будто все распирает, я обращаюсь к Джеку Уисвиллу с просьбой помочь мне решить вопрос с университетом, организовав академический отпуск. После случившегося, да еще и будучи беременной, я просто не способна справиться с учебой. Мне, мягко говоря, вообще не до этого.
Он помогает мне без каких-либо вопросов, организовав все так, что я не оказываюсь отчисленной и смогу в комфорте вернуться к учебе после отпуска. Отец Роуз лучший мужик на свете, уверяю вас. Ну, после Мэйсона и папы, этих двоих я, все же, люблю сильнее.