— Прости, — сквозь боль шепчу я, чувствуя, как в уголках моих глаз снова собираются слезы.
Нет, я должен держаться. Нельзя падать прямо сейчас.
Запрокинув голову, смотрю на потолок, не давая слезам пролиться и, когда дыхание наконец-то выравнивается, опускаюсь на колени перед кроватью. Взяв теплую руку Лилит в свою, кладу голову на постель рядом с ее бедром, наблюдая за тем, как медленно капает жидкость капельницы в трубочку, вставленную в ее вену. Не знаю, что это, но, надеюсь, это обезболивает ее и подарит силы.
Я глажу костяшки ее нежной руки, считая кости. Один, два, три, четыре, пять. Пять пальцев, которые регулярно обнимают меня, и лишь один, на который я хочу надеть кольцо, которое оставил у нее дома в тот вечер.
Сунув руку в карман штанов, нащупываю круглое, тонкое серебро, доставая его. Внутри красуется мое имя. Может, оно поможет ей чувствовать себя лучше, когда меня нет рядом. Я тихо напеваю любимую мелодию Лилит себе под нос, осторожно надев кольцо на ее безымянный палец, а потом немного поддаюсь вперед, поцеловав его.
Мне хочется разорвать себя на части от желания повернуть время вспять и все исправить, не дать случиться пережитому ужасу. Я не могу перестать жалеть о том, что пустил ее в этот гребаный туалет в одиночестве. Ну чем? Чем же я думал, черт возьми?
Тихо всхлипнув, поднимаю голову и кладу вторую руку на ее живот поверх одеяла. От этого только больнее. Мой ребенок. Внутри нее мой ребенок. Он прикоснулся к ней. К беременной. Беременной от меня. Как же это страшно. Не дай бог хоть одной женщине в мире подвергнуться подобному. Каждая женщина достойна самого лучшего. Уважения от мужчин, почтения. Ведь в конце концов, я сижу сейчас здесь только благодаря тому, что меня родила моя мама. Женщина. Женщина — жизнь.
Я хочу оставить этого малыша. Хочу быть его папой. Хочу, чтобы два самых любимых человека в моей жизни радостно встречали меня, когда буду возвращаться домой. Пока не всплыла новость о том, что Лилит беременна, я не думал о том, что хочу этого, боялся за нас, считал, что это не совсем то, что нам нужно, и сомневался. Однако сейчас, когда от этого не отвертеться, чувствую себя как никогда готовым.
Пожалуйста, захоти его, Лилит. Не испугайся.
Продолжая поглаживать одной рукой ее живот, а второй руку, снова опускаю голову на постель, прикрывая глаза. Готовый простоять на коленях перед ее кроватью целую вечность.
Вернись ко мне, милая.
Я буду рядом до конца. Отдам всего себя, помогу справиться. Только продолжай жить.
Пожалуйста, Лилит, поверь в то, что все можно исправить.