– Ой, какая девочка красивая! Привет, дорогая, я так рада знакомству... – воркует она, сокращая расстояние между нами до критического минимума.
Внутри меня сокрушительным щелчком срабатывает триггер. Воздух в легких мгновенно превращается в раскаленное стекло, а перед глазами плывут черные круги.
Сейчас она прижмет меня к себе, коснется моих голых плеч своими руками... К горлу лавиной подкатывает паника. Я бледнею, инстинктивно вжимаю голову в плечи и делаю шаг назад, готовая просто закричать от страха.
Глеб срабатывает на долю секунды опережая взрыв. Мой личный, несокрушимый щит.
Вальяжным движением он плавно шагает вперед, перекрывая своей массивной фигурой все пространство между мной и приближающейся женщиной. Его широкая спина закрывает меня от чужих рук.
Глеб по-джентльменски, перехватывает ладонь шатенки, вежливо и мягко заставляя ее остановиться.
– Чудесно выглядишь, Настя, – произносит Глеб, ювелирно удерживая дистанцию и страхуя мою безопасность. – Как тебе удается с вашими четырьмя маленькими юлами?
Шатенка растерянно моргает, моментально считав его нежелание допускать ее близко ко мне, и понимающе отступает назад:
– Ой, спасибо, сама не понимаю, – смеется она. – Проходите скорее, проходите... Садитесь, у нас тут потрясающие ананасы и чудесный кофе!
Я втягиваю утренний воздух в легкие, чувствуя, как дыхание выравнивается. Сердце колотится в ребра как бешеное, а пальцы мелко дрожат.
Сажусь в плетеное кресло. Глеб устраивается напротив, безупречно контролируя расстояние между нашими стульями под столом, чтобы его ноги случайно не задели мои.
Завтрак тянется для меня в каком-то тумане. Друзья Глеба вежливы, много шутят, но я почти не вникаю в разговор, чувствуя себя глубоко неполноценной.
И как специально, мимо снова идет та самая влюбленная пара, которую я видела вчера. Они кажутся воплощением абсолютного, запредельного тактильного счастья.
Мужчина на ходу нежно перебирает пальцами волосы своей спутницы, целует ее в макушку, а девушка со счастливым вздохом доверчиво обнимает его за талию, задевает бедром, тянется рукой к его лицу, чтобы поцеловать.
Я инстинктивно прячу взгляд в свою тарелку, чувствуя, как глаза щиплет от жгучей, несправедливой тоски, и силой выдавливаю из себя улыбку для друзей Глеба.
Весь этот нормальный мир с его спонтанными объятиями и прогулками за руку нам с Глебом попросту недоступен.
Мы заперты в клетке моей глупой фобии, и я даже не догадываюсь, что Глеб, глядя на мой потухший взгляд и мою фальшивую улыбку, прямо сейчас окончательно утверждает в своей голове тот самый безумный план, который разрушит эту клетку раз и навсегда.