– Помню. Больше тридцати встреч в этих четырех стенах.
– И?
– Мы топтались на месте. Классические методики, разговоры и тесты не давали вообще никакого сдвига. Мне казалось, что это навсегда.
– Почему ты прекратила приходить сюда?
– Моя травма после того нападения на подругу сидела слишком глубоко. Обычные загородные беседы ее бы не выжгли. Но то, что сделал Глеб – это ведь чистое варварство.
– Да, тебе так могло, безусловно, показаться.
– А правда, что этот, хм, метод – самый быстрый и сильный инструмент?
– С научной точки зрения этот метод не признан.
– Вот именно! Я могла просто сойти с ума там, прямо в воде.
– Это нельзя утверждать точно, – Наталья Павловна спокойно кивает. – Но был еще один важный фактор. Рядом был человек, которому ты доверяешь на чистых инстинктах.
– Я его ненавидела в тот миг. Просила помочь. Готова была убить, когда выберусь.
– Твой разум злился. Но тело знало: Глеб не даст тебе утонуть. Ты знала, что он полностью контролирует ситуацию, что ты в безопасности.
– Нет, я не могла этого знать. Он ни слова мне не сказал заранее.
– Лина, ответь честно. Себе. Если бы Глеб пришел к тебе и сказал: «Знаешь, давай попробуем шоковый метод с акулами», ты бы согласилась?
– То есть его можно оправдать? Так поступать со мной было можно?
– Ты пришла сегодня ко мне, чтобы оправдать или не оправдать его? Ответь на предыдущий вопрос.
– Ну, хорошо. Нет. Если бы он предложил, я бы пулей сбежала от него. Никогда бы в жизни не зашла в тот бассейн сама.
– Он это прекрасно понимал.
– Но зачем ему было так рисковать? Ради чего ломать меня без спроса?
– А ты сама как думаешь?
– Чтобы...
– Да, зачем? И почему ты чувствуешь вину перед собой?
– Не знаю...
– Тебе не обязательно отвечать мне и говорить это вслух. Но просто подумай над этим.
Мысли летают между бассейном и другими эпизодами, покадрово собирая пазл всех наших дней. Его ночные визиты в мою палату, пока я спала под лекарствами. Его тихий голос в темноте клиники. Его ладони, которые завязывают и развязывают ремень. И которые кидают меня на середину бассейна.
Он издевался надо мной, он лечил меня. Он лечил меня, издеваясь?
– Лина? Вы меня слышите? – водитель смотрит на меня, обернувшись. – Теперь отвезти вас домой?
– Да, – роняю хрипло, едва удерживая сорванное дыхание.
Смотрю на свои пальцы, на одном из которых его кольцо, которое было свидетелем всего, болталось вместе со мной в той страшной воде.
75
Глеб берет мою руку в свою огромную ладонь. Его пальцы держат мои бережно, но весь его массивный корпус излучает опасную силу. Ловлю его прямой взгляд.