Мое внезапное появление в зале для всех так и остается незамеченным. Большинство студентов на первой лекции еще почти вовсю спят, уткнувшись носами в тетради.
А те редкие однокурсники, кто уже наполовину проснулся, лениво копошатся в своих светящихся телефонах, чтобы хоть как-то взбодриться окончательно.
Пожилой преподаватель у доски вообще обращает ноль внимания на то, кто входит или выходит из аудитории. Он монотонно читает текст по бумажке.
Наш поток изначально переполнен теми, у кого в этой жизни абсолютно все уже на мази. Вся их будущая карьера заранее четко распределена по самым козырным местам.
Эти ребята уже сейчас в курсе многого из того, о чем нам говорят на парах. Они ведь с самого детства выросли в этой деловой среде. Некоторые из них вовсю работают по выбранному направлению в крупном бизнесе своих родителей. За редким исключением, лекции для нашего потока превращаются в повторение давно известного материала.
Хотя среди нас есть и те, кто пришли в институт именно за новыми для себя знаниями. По нашей давней негласной традиции они всегда занимают места ближе к большим окнам, подальше от входной двери. Они никогда не опаздывают, приходят строго вовремя и всю лекцию сидят с широко открытыми глазами, усердно записывая каждое слово.
Я сегодня тоже панически боюсь даже на секунду закрывать свои глаза. Потому что в этом случае передо мной моментально, очень четко маячит суровый профиль Глеба. И он даже не думает уходить из моих мыслей.
В голове вспышками крутится все то, что мы делали с ним вчера за закрытыми дверями. И от этих картинок мои губы сами собой расплываются в глупую, счастливую улыбку. Ее сейчас просто ничем не скрыть от окружающих, как ни пытайся спрятать лицо.
Теперь я на собственном опыте прекрасно понимаю, из-за чего столько разговоров и попыток найти себе идеального партнера. Вчера меня точно унесло куда-то очень далеко из моей привычной действительности. До сих пор никак не могу окончательно прийти в себя и заставить мозг сосредоточиться на учебе.
Странное ощущение, что я делала вчера что-то запретное, неправильное, тоже отчетливо присутствует внутри. Но оно перекрывается всеми остальными чувствами.
Моя главная проблема никуда не ушла. Плотная одежда на теле по-прежнему ощущается мной сковывающим, лишним и сильно раздражающим элементом на коже.
Но Глеб мне вчера все равно помог. Очень сильно помог справиться с тем, что мне самой казалось уже почти невозможным и страшным.
Да еще и так ласково довел меня до самого пика сумасшедшего удовольствия. На этот пик я бы теперь без секундных сомнений согласилась взойти еще очень много раз. И только с ним одним.