– Стой! – Гвардеец ринулся за мной, но было поздно: я уже завладела рукавицей, уже сунула в нее кисть и защелкнула щитки на запястье, уже мчалась к крепостной стене Ступицы со всех ног. – Держите девку! – рявкнул страж королевы, и эхо оглушительного приказа заметалось над мощеным двором.
Однако никто и не подумал выполнить этот приказ. Толпа, собравшаяся поглазеть, когда гвардеец только поймал меня у рыночного прилавка, рассеялась в мгновение ока, точно стайка перепуганных детишек, стоило мне произнести слово «Третий».
Если этого человека приняли в гвардию королевы Мадры, значит, он выдержал суровую подготовку. Рекруты, прошедшие отбор, обучаются по жесточайшей полуторагодичной программе, включающей все виды боевых искусств, о каких только можно прочесть в пыльных лабиринтах зильваренских библиотек. За это время из них выжимают все соки и выворачивают наизнанку, так что дожившие до получения диплома превращаются в механизмы из плоти и крови, способные терпеть невообразимую боль и в совершенстве владеющие любым оружием, что делает их непобедимыми в бою. На каком-нибудь тренировочном плацу в казармах я бы не выстояла и четырех секунд против гвардейца с полной выучкой. Но Мадра требовала, чтобы ее королевская гвардия была лучшей из лучших. В своей ненасытной гордыне она не знала границ, а потому ее людям надлежало не только быть лучшими, но и выглядеть таковыми. В результате гвардейский доспех имел немалый вес. Так что да, на тренировочном плацу этот воин, в чьи лапы я попалась на краже железа, не оставил бы от меня мокрого места. Только вот мы были не на плацу. Мы были в Ступице, у самой стены, и настал час Расплаты, то есть раскаленный полдень, а говнюк был наглухо упакован в свои понтовые латы, как индейка в глину для запекания в праздничный день.
Он не мог бегать под грузом такого количества металла.
Даже трусцой.
И он уж точно не сумел бы залезть на гребаную стену.
Я рванула к восточной части стены, работая руками и ногами настолько быстро, насколько позволяли помятые ребра. Оттолкнулась, подпрыгнула и вцепилась в крошащийся песчаник, с разгону ударившись всем телом о каменную кладку так, что из легких вышибло воздух.
– Ох-охххх…
Ощущение было такое, будто Элрой размахнулся кузнечным молотом и шарахнул мне прямо в солнечное сплетение. Страшно даже подумать, сколько синяков я насчитаю завтра утром, если конечно, завтрашнее утро для меня настанет. Впрочем, на размышления времени не оставалось. Я поглубже засунула пальцы в узкую щель между здоровенными глыбами песчаника, оскалилась от напряжения и подтянулась на руках. Забила ногами в поисках опоры. Нашла. Но в этот момент моя правая рука соскользнула…