Легкие горели огнем, мышцы ныли, просили пощады, тем не менее я бежала все быстрее, выбиваясь из сил. Двойняшки дышали жаром с небес, обдавая улицы бледным золотистым сиянием, и когда я уже стремительно приближалась к таверне «Мираж» с ее чердаком – в отчаянной надежде, что там нет моего брата, – мне казалось, что вокруг того светила, что побольше, мерцает странная голубоватая корона.
Если Хейден не прохлопал ушами все на свете, он должен был услышать о том, что гвардия королевы Мадры наводнила Третий сектор, и не мог не увидеть наступление золотых латников. Но тут оставалось только надеяться. Особой наблюдательностью мой братец не отличался и в лучшие времена, а сегодня к тому же Кэррион вывел его из душевного равновесия. Возможно, сейчас Хейден с головой ушел в свои переживания – сокрушается о проигранных деньгах и красном шарфе, не замечая ничего вокруг.
Я стянула собственный шарф, закрывавший нижнюю половину лица, и вдохнула воздух полной грудью. Не воздух – пригоршню искрящихся песчинок, взметнувшихся из-под ног, когда я огибала прилавок с жареными клецками на углу улицы Жаворонков.
– Стоять! Не двигаться!
Я резко затормозила, проскользив по песку. Потому что ужас обрушился на меня ледяной волной. Ужас гигантскими стальными пальцами сжал мои ребра до хруста, когда я увидела, что происходит на маленькой площади перед таверной «Мираж». Столько золота на небольшом пятачке я не могла себе даже вообразить. Ослепительные сполохи света прокатывались по наплечникам, панцирям, наручам, сливались вокруг них в сплошную сверкающую, золотисто-белую сферу, сияние которой выжигало роговицу. Перед глазами плыли искры и темные пятна, но я упорно скользила взглядом по воинам в золотых доспехах, пытаясь их пересчитать. А впрочем, какой в этом прок? Одного гвардейца я бы одолела. У меня были неплохие перспективы ускользнуть от двоих. Но против троих уже не оставалось ни единого шанса. В фаланге – тесно сомкнутом строю латников, – стоявшей перед таверной «Мираж», было куда больше трех гвардейцев королевы Мадры. Как минимум три десятка явились сюда в полном боевом облачении. Мечи были обнажены, полированные золотые щиты подняты и выставлены вперед, образуя непробиваемую стену. Между цельными пластинами доспехов на ногах и руках у каждого искрилось золотое кольчужное полотно. Нижнюю часть лиц прикрывали кипенно-белые полотняные маски, плотные, надежно защищавшие от песка. Прищуренные глаза над масками горели лютой ненавистью, и взгляды их были обращены на моего брата.
– Нет… Нет-нет-нет… – зашептала я. Этого не должно было случиться. Просто не должно. Мне следовало тихонько отнести золотую рукавицу в мастерскую и припрятать в укромном уголке, не привлекая к себе внимания. Хейден не имел права даже узнать о ее существовании, не то что взять в руки, сопливый олух. Но…