Ха! Это Кэррион просто не видел, как Кингфишер отрубил башку фидеру одним беспощадным движением кисти. Если бы видел, наверняка пересмотрел бы свое заявление.
– Нет! – отрезала я.
Кэррион стянул поджаренный хлебец с моего подноса, с хрустом откусил, и посыпавшиеся крошки волшебным образом растворились в воздухе, не успев коснуться одеяла.
– Чисто для ясности, – с набитым ртом прошамкал он, – это означает, что ты отказываешься трахаться на кровати своего тюремщика или что ты против перепихона в принципе?
– А сам как думаешь?
Он качнул хлебцем в мою сторону:
– Знаешь, таким взглядом, каким ты сейчас на меня смотришь, можно ненароком человеку кишки выпустить. И как раз это, помимо прочего, мне в тебе нравится.
Я выхватила у него хлебец и положила обратно на поднос:
– А мне в тебе ничего не нравится!
– Брехло! Тебе во мне нравится куча всякого разного. – Он лукаво подмигнул и опять потянулся за хлебцем, но я хлопнула его по руке.
– Свой завтрак ешь, а это – мой!
– К примеру, тебе нравятся мои волосы, – принялся загибать пальцы Кэррион, перечисляя. – Мои глаза. Мой острый ум. Мое обаяние…
– Нет у тебя ни капли обаяния!
– У меня его море разливанное, в отличие от Кингфишера.
– Вы оба невыносимые засранцы, один другого хуже! А ну, убери свои грязные сапоги с кровати!
– Зачем? Грязь же с нее все равно сама исчезает. Смотри! – Он вытер перепачканные в земле подошвы о скомканные простыни и просиял, когда грязь немедленно испарилась. – Ну?
– Где ты так уделался? Ты же по уши в грязи… – удивилась я. – Погоди, а сапоги у тебя откуда? В последний раз, когда я тебя видела, ты тут босиком шлепал. – Я ехидно хихикнула. – Дико смешно выглядело.
– Ну не мог же я разгуливать по замку в одном башмаке. А весь в грязи – потому что, пока ты тут в потолок поплевывала, я тренировался на плацу с новыми дозорными. У фейри очень необычные приемы рукопашного боя, кстати.
Это, конечно же, было сказано в отместку за мое хихиканье. Чего Кэррион терпеть не мог, так это когда над ним потешались.
– А что до сапог, их дал мне твой приятель Кингфишер, – добавил он.
Я даже отложила вилку:
– Да ладно?
Кэррион кивнул:
– Еще тем вечером перед вашим совместным ужином, когда ты ушла в обеденный зал. Хотя надел я их только сегодня. Он явился с этой парой сапог в руках и сказал, что даст их мне при одном условии.
– При каком?
Кэррион отщипнул одну ягоду из грозди винограда на подносе и закинул ее в рот.
– Что я приму ванну.
– Ванну?..
– Ну да, типа помоюсь.
– Очень странное условие.
– Согласен. Даже после того как меня похитили, утащили в другой мир и долго куда-то везли в отключке на лошади вниз башкой, я все еще божественно благоухаю. Но у Кингфишера прямо подгорало – мол, не нравится ему, как от меня пахнет, и все тут. Так что я решил особо не упираться. А чего? Ванна ради пары новых сапог – отличная сделка. Да и приятно оказалось в воде поваляться. Странная штука, да? У них тут воды хоть залейся. У меня до сих пор в голове не укладывается, что ее может быть так много…