В тот момент, когда он хочет ответить, на втором этаже начинается суматоха. Аиша сбегает вниз по лестнице и восторженно восклицает:
— Аяла спускается!
И действительно, следом за моей девочкой на лестнице появляется фотограф. Он бесконечно щёлкает, меняет ракурс, ловко жонглируя аппаратом.
Аяла словно лебёдушка плывёт по холлу второго этажа и медленно спускается по лестнице. Тамерлан поднимается с дивана и смотрит наверх. Я слежу за его реакцией, и она превосходит все мои ожидания. В его глазах так много любви и нежности, которых я не видела прежде. Этот сильный, жёсткий мужчина вдруг смотрит на дочь так открыто и беззащитно, что у меня внутри всё переворачивается.
Как бы я хотела, чтобы и на мою девочку так же смотрел её отец, несмотря на то, что наши с ним отношения безвозвратно испорчены. Чтобы хотя бы раз в жизни она почувствовала себя для него самым важным человеком на свете.
И стоит мне подумать об этом, как я вспоминаю, что сегодня вечером я увижу его впервые за долгое время.
Глава 34
Аиша вертит головой, ахает и охает, бормочет: «Как классно, я тоже так хочу», когда мы идем по потрясающе красивой территории бывшего санатория Алатау, а ныне Swiss Hotel. В пруду плавают утки и лебеди, а за ним — шикарные горы на синем безоблачном небе. Я хорошо знаю это место, потому что отдыхала здесь с родителями. Выбор Тамерлана мне понятен - он хочет самое лучшее для своей дочери, я сделала бы так же.
Войдя в сам ресторан, мы находим наши имена на стенде с планом рассадки, и вдруг я слышу у самого уха:
— Папа! — восклицает Аиша. — Там папа, мам!
Я резко оборачиваюсь и вижу бывшего мужа и бывшую свекровь. Анвар вдруг переводит взгляд с дочери на меня и, нахмурившись, задерживается на моем лице.
Вот и встретились. Тринадцать лет вместе, три порознь, и мне даже сказать ему нечего, потому что внутри все давно остыло и стало неинтересно, как он живет и что с ним творится. Выглядит здоровым — Бог в помощь.
Батима мажет по мне придирчивым взором и, демонстративно усмехнувшись, поворачивает голову в другую сторону. Все стабильно, экс-свекровь все еще не может мне простить скандал, который я устроила в семье.
— Я пойду поздороваюсь? — спрашивает осторожно.
— Конечно, иди.
Кудри Аиши подпрыгивают, когда она идет к отцу, которого не видела, наверное, полгода. Он обнимает ее, целует в щеку, что-то говорит ей, отчего она улыбается. Потом Аиша переходит к бабушке.
Я стою на месте, сложив руки перед собой. Две бывшие золовки, к моему удивлению, подходят поздороваться и хвалят мое платье. Но наша светская беседа длится недолго, потому что ко мне подходит Анвар, держащий под руку нашу дочь. Он вообще не постарел, и, должна признать, ему идет быть отцом дочери.