— Ммм, вкуснятина, — прошептал один из парней и хихикнул.

Да уж, идиоты-студенты есть в любом из миров.

Лейн вскинул голову и зло сверкнул глазами.

— Практикант, покиньте секционную. Шутить будете со своей мамочкой, — произнес строго. — Следующий месяц остаетесь без стипендии.

Понурив голову, незадачливый весельчак поплелся к выходу. Я отметила, как ловко глава гильдии орудует секционным ножом.

— Что вы видите? — спросил лекарь, обведя практикантов внимательным взглядом.

Раздались неуверенные реплики:

— Отек в легких.

— Полнокровие.

— Гной…

Высказалось еще двое и, наконец, нейт Лейн произнес елейным голоском:

— Нейра Эллен, а что это вы притаились в задних рядах? Брезгуете?

На меня устремились пятнадцать пар любопытных глаз, а глава гильдии тоном заботливого дядюшки продолжил:

— Подходите ближе, не стесняйтесь. Расскажите, что видите именно вы. Может, такая талантливая нейра сразу определит, отчего умер этот несчастный?

Парни расступились, давая мне подойти к столу. Специфический запах стал сильнее, но я даже не поморщилась. Достала из кармана предусмотрительно захваченные перчатки и лихо натянула, вызвав смешки практикантов.

— Так-так… — протянула задумчиво.

Тем временем нейт Лейн отделил почку и, положив ее на металлический поднос, разрезал.

— Вижу участки некроза, тромбы в сосудах…

Патанатомия — сложная наука, а я в ней далеко не спец. Но можно поставить диагноз, если включить логику и клиническое мышление.

Я осмотрела органокомплекс, все ближе подбираясь к кишечнику. По пути встречались кровоизлияния, язвочки, отечность внутренних органов и гнойные очаги между петель кишечника… Стойте-ка!

— Вот, посмотрите, это похоже на гангрену червеобразного отростка.

Я не была уверена, знают ли в этом мире слово аппендикс, поэтому использовала упрощенное название. А у несчастного больного, похоже, развился гангренозный аппендицит.

— Судя по всему, больной погиб от перитонита и заражения крови. А вот и сам отросток, я даже вижу отверстие, через которое прорвался гной.

Практиканты молчали, внимательно глядя на багрово-фиолетовую плоть, нейт Лейн задумчиво хмурился.

— Что ж, нейра права, — протянул он наконец.

А потом продолжил вскрытие, разрезая кишечник и подробно демонстрируя всем воспаленный аппендикс и урон, который тот нанес организму.

Когда главный лекарь закончил, практиканты начали осыпать его вопросами. Было грустно от того, что в нашем мире такого пациента могли спасти, но в этом — увы. Его даже не донесли до операционной, бедолага терпел дома до последнего.

Он ощутил резкую боль в момент, когда лопнул воспаленный отросток и из него прорвался гной в брюшную полость. Потом аппендикс начал отмирать, боль притупилась, но вместе с этим в кровь хлынули тонны микробов и начался сепсис.