— Вас что-то тревожит, нейра? — вдруг спросил Морриган. — На вас лица нет.
— Наверняка нейра Эллен переживает из-за грядущей проверки, — пришел мне на помощь нейт Лейн.
Помнится, когда мы в прошлый раз встретились на подобном приеме, он мечтал меня придушить. И тем приятнее осознавать, что теперь Лейн на моей стороне. К нам подтянулись коллеги нейта Морригана, а еще тот, кого я точно видеть не желала. Как ни крути, но Ойзенберг занимал в гильдии одно из самых важных мест, поэтому тоже удостоился приглашения.
Пока остальные развлекались, мы, сумасшедшие медики, продолжили обсуждение не светских сплетен, а особенностей течения родовой горячки.
— Нейра Эллен настаивает на том, что родовая горячка и сепсис родственны, — заикнулся Ойзенберг. — Это что, новое веяние столичной науки?
— Что, правда? — ехидно поинтересовался желчный старик-лекарь, а декан устремил на меня заинтересованный взгляд. — Это где такое написано, позвольте узнать?
— Это выяснено практическим путем, — спокойно произнесла я. — Если вы…
Но тут вмешался сам декан:
— Родовая горячка плохо поддается даже заклинаниям, только сильный и опытный целитель может с ней справиться, — заявил он. — Любопытно посмотреть на то, как вы лечите, нейра Эллен.
— А еще нейра постоянно говорит о каких-то болезнетворных частицах, которые являются причиной всех болезней. И заставляет всех мыть руки, — продолжал ябедничать Ойзенберг.
Мне такое внимание не слишком нравилось, я чувствовала себя не в своей тарелке. Но в следующий миг произошло то, чего никто не ожидал.
Из-за музыки и разговоров я не сразу поняла, что случилось. Взгляд зацепился за девушку, симпатичную блондинку. Она стояла, сгорбившись и обхватив горло ладонью. Глаза ее были распахнуты, лицо начало стремительно синеть. Она судорожно пыталась вдохнуть, но не могла.
— Дэнни подавилась, подавилась! — пришла в себя одна из ее подружек.
— Сделайте что-нибудь! — запищала вторая.
Я стояла к Дэнни ближе всех, поэтому метнулась ей за спину, обхватила руками так, чтобы кулаки легли чуть выше пупка, и резко надавила.
Раз, два, три… на четвертом толчке изо рта девушки вылетела оливка и приземлилась прямо в бокал декана Морригана. Тот моргнул несколько раз, покачал бокал из стороны в сторону, а потом как ни в чем не бывало отхлебнул искрящуюся жидкость.
Я отпустила Дэнни, и та закашлялась. Из глаз ее брызнули слезы.
Постепенно до присутствующих на вечере начало доходить, что случилось нечто из ряда вон. Музыка заглохла, люди стали переглядываться, а я попыталась улизнуть, но была остановлена деканом.