— Нейра Эллен! Доброго вечера!
Меня заметила компания пожилых матрон, понеслись приветствия и пожелания.
— Тебя тут любят, — шепнул Норвин с улыбкой. — Ты это сделала, сумела завоевать народную любовь. Горжусь тобой, моя попаданка, — добавил совсем тихо.
Я почувствовала, как к щекам устремляется жар.
— Да ладно тебе, что я такого сделала-то?
— Специально хочешь услышать побольше комплиментов?
— Было бы неплохо.
В ответ муж поцеловал кончики моих пальцев.
— Эти руки спасли мне жизнь. Такое не забывается.
В зале мягко переливались огни магсветильников, под потолком висели гирлянды белых цветов. Меня звали от одной компании гостей к другой, а негромкая музыка расслабляла, заставляя терять бдительность. Спиной я чувствовала взгляд Норвина, вертела головой, пытаясь углядеть членов столичной комиссии.
— Нейра Эллен, — внезапно на локте повисла старушка с седыми буклями и громко зашептала на ухо: — У меня там что-то шевелится! Представляете⁈
— О… — выдохнула я, обескураженная таким заявлением.
— Я-то думала, что старая совсем, а оно вон как!
— Ваш случай, несомненно, требует внимания, — ответила вежливо, прежде чем ко мне с животом наперевес устремилась юная нейра, дочь одной из Луизиных подруг.
Я чувствовала себя не на званом вечере, а на приеме в поликлинике, где под дверью кабинета собирается толпа. Кто-то пришел ровно к своему времени и возмущается, что прием задерживается, кто-то пролез без очереди, обрушив на свою голову проклятия, кому-то «просто спросить», а кому-то «закрыть больничный».
И какое в такой остановке расследование, какой декан? Да если эти дамочки пронюхают, что Морриган замыслил в отношении меня недоброе, порвут на сувениры. Он еще не знает, на что способны разгневанные женщины!
Только я позволила себе посмеяться над этими мыслями, как вдруг ощутила чье-то присутствие за спиной. Вкрадчивый голос произнес:
— Нейра Эллен, в Академии все думали, что вы трагически погибли. Но я рад видеть вас в добром здравии.
Я набрала в легкие воздуха, нацепила улыбку и медленно повернулась.
— Нейт Морриган, добрый вечер! Если бы вы только знали, как я рада видеть вас, — от количества меда, которым я сдобрила эти слова, заныли зубы.
Декан склонил голову набок, как коршун, присматривающийся к жертве. Но жертвой быть я не согласна, так что извините-подвиньтесь.
— Вижу, самостоятельная практика и замужество пошли вам на пользу, вы так повзрослели за эти несколько месяцев. Я счастлив, что у нашей родной Академии такие талантливые выпускницы.
«Он видит? Видит…» — шепнул внутренний голос. Истинный возраст можно скрыть под завесой магии, но он все равно будет читаться во взгляде, стоит хоть чуть-чуть расслабиться.