– Есть у тебя все эти травы и настойки? Мы все заберем. Нам много надо. Беда надвигается, – зачем-то повторила я.
– Ну, не тебе одной Всевышний явился. – Да она откровенно смеется над нами. – Больших запасов у меня нет, но часть отдам. А коли помощников пришлешь, так мы в запас наготовим.
Я посмотрела на баронов. Те одобрительно кивнули.
– Сколько надо людей? Завтра отправлю.
– Двух девок молчаливых, болтушек не люблю. И мужика покрепче, чтобы травки таскал.
Всего-то? Я потерла ладошки.
Травница спустилась со ступенек и зашла за угол дома. Через продолжительное время, когда мы уже начали сомневаться, не сбежала ли, она вынесла полные руки холщовых мешочков и три крохотных кувшина, прямо как из кукольного набора. И стала рассказывать:
– Эти травки заварить, чистую тряпочку намочить – и на рану. Они кровь останавливают, – сунула она мне в руки два мешочка, с кулак примерно.
– А много ли? Щепотку или все? И на какое количество воды?
– Толковая из тебя травница получится. Если передумаешь госпожой быть – приходи ко мне в ученицы. – Мы аж рты пооткрывали от такого заявления. – А про траву: щепоть на вот столько воды, – травница сложила лодочкой ладони, показывая объем. Стакан.
Эти мешочки передали святому отцу. Потому как упаковка у всех одинаковая, а назначение – разное. Путаницы только не хватало.
Следующие были вытягивающие гной, потом заживляющие. А еще обезболивающие и понижающие жар. В общем, Старая Барта выдала комплект лекарств. В кувшинах оказалась ранозаживляющая мазь.
Адлар сунул ей серебряный, затем чуть подумал и добавил еще три. Она кивнула в ответ, на том мы и расстались.
Через пять дней подготовка к «вакцинации» была успешно завершена. Мы могли бы и раньше, но приходилось отбиваться от страждущих исцеления, что ломились в ворота нашего дома с утра до вечера.
Слуг с «чистыми» лицами отослали в усадьбу Волдо. А в деревне наняли женщин со следами оспы на лицах. Два дня я учила их соблюдать гигиену. Мыть руки после того, как брались за горшок, и вообще мыть руки. Они поначалу вздрагивали и искали подтверждения у храмовника, но затем вроде приняли на веру и ополаскивали руки в чане с зольной водой каждый раз, что пробегали мимо. Чан установили прямо в холле – мимо не пройти.
Защитные маски на лицо. С ними я тоже намучилась. Никто не хотел их надевать, дошло до слез и ползаний на коленях. Но храмовник прикрикнул на дурных баб и первым надел маску. Помогло.
Старшим над всеми поставили Бирка. Он показался самым смышленым. А когда узнал, что меня Всевышний выделил, то даже стал разговаривать и кланяться при встрече.