– Ты мне не историю читай, а учи различать буквы. Вот эта загогулина что означает?
– Это можно прочитать по-разному. От места и смысла зависит, какая это буква.
М-да, а я-то надеялась за лето научиться бегло читать и пусть с ошибками, но писать. Да, видно, затянется мое обучение на долгий срок.
– Давай по-другому, – предложила я свой вариант.
На самом деле, в любом языке есть около ста самых распространенных глаголов. Существительных больше, но они и запоминаются легче. Местоимения, предлоги, немного прилагательных – и можно начинать говорить. В моем случае – писать. Откуда я знаю? Начинала изучать язык по одной распространенной методике. Да потом отвлеклась на новую книгу, подзабыла и, в общем, бросила. Но объяснения, что любой язык достаточно прост, я крепко усвоила.
– Неси бумагу и чем писать. Будем меня сразу словам учить.
Адлар вновь ушел, а вернулся со свитком такой же рыхлой бумаги, двумя перьями и маленьким пузатым флакончиком. Он расставил все это перед собой и, подозвав меня, нарисовал изящную ветку растения с листочками и цветком. По крайней мере, я так увидела.
– Что это?
– Твое имя – Петра! – с гордостью ответил он.
Да ну! Может, я обойдусь без письменности? Разбогатею и найму секретаря? Такое же просто невозможно запомнить, а тем более повторить.
– А напиши свое имя?
И вновь Адлар нарисовал витиеватый росток с замысловатыми украшениями. Я долго смотрела и сравнивала два этих рисунка. Нет, они, безусловно, отличаются, но проблема в том, что я не могу различить буквы, а воспринимаю слова именно как орнамент. Ох, что же делать?
– Напиши Всевышний, – попросила я следующее слово.
И вновь грациозный побег неведомого растения оставил свой след на бумаге. Я взяла в руки пергамент и старательно вглядывалась, пытаясь запомнить каждую черточку. Это, конечно, непросто, но вполне возможно. Потребуется лишь больше времени. Я провела взглядом по каждому изгибу, закрыла глаза и попыталась восстановить в памяти, вспомнить рисунок. Нет, не могу.
– Так. На сегодня мне хватит этих трех слов. Пойдемте сейчас смотреть, как уборка во дворе продвигается.
Едва выйдя на крыльцо, мы застыли в изумлении. Посреди двора напротив входа был сложен весь мусор, что работники вытащили из углов. Обломки жердей, части от бочек, раскуроченные сундуки, половина телеги без колес. Это зачем они так? Я посмотрела на Адлара, а тот от души рассмеялся.
– Ты просила собрать мусор – вот они и собрали.
– Хорошо, хоть в дом не догадались занести, – поддакивал Волдо, заливаясь смехом.
Смешно им, а мне вот не очень.