- Я понял, - резко оборвал ее мужчина, - Не нужно подробностей, но я не покупаю кота в мешке. Сначала я должен ее увидеть и оценить товар.
- Мы будет в столице три дня. Можешь смотреть сколько угодно.
Мужчина медленно кивнул.
- Я подумаю над твоим предложением. Если девочка меня устроит, и если твои сведения о состоянии войск Марцела и его популярности среди военных верны, мы заключим сделку.
Он встал. На мгновение он повернулся, чтобы бросить взгляд на зал, и свет от камина упал на его лицо.
Мир вокруг меня исчез. Шум таверны, запах эля, боль в спине - все пропало. Осталось только его идеальное, словно высеченное из мрамора лицо. Высокие скулы, прямой нос, волевой подбородок. И глаза цвета грозового неба перед бурей. Пустые и холодные. Те самые глаза, которые смотрели на меня с презрением, когда я стояла на коленях на краю обрыва.
Сам Валериан пожаловал в преисподнюю.
Меня бросило в ледяной озноб. Я вцепилась пальцами в край стола так, что ногти заскрипели по дереву. В ушах снова зашумела ледяная, соленая вода, забивающая легкие. Я видела его сапоги и снова почувствовала тяжесть ошейника на шее. И его слова - «Мне не нужен этот ребенок».
Я резко открыла глаза, жадно глотая воздух. Валериан уже ушел. Гера сидела одна, допивая свое вино с видом абсолютного триумфа.
Я должна была немедленно уйти, пока она меня не заметила.
Я бросила на стол пару медяков и, не поднимая головы, выскользнула из таверны, растворяясь в ночной темноте. Я не помнила, как добралась до особняка. В голове билась только одна мысль, раскаленная, как клеймо: «Они обсуждали меня, как кобылу на ярмарке. Я была сделкой. Товаром на этом Королевском базаре. И это все лишь для того, чтоб забрать мою силу?».
***
На следующее утро я проснулась с ощущением, будто не спала вовсе. Тело было тяжелым, свинцовым, но разум - острым и холодным, как осколок льда.
Базар ревел, шумел, пестрел тысячами красок. Воздух был густым от запахов жареного мяса, сладкой ваты и дешевых духов. Акробаты в ярких трико выстраивали живые пирамиды, фокусники заставляли исчезать и появляться в руках платки, торговцы кричали, нахваливая свой товар.
Мая, забыв обо всем на свете, порхала от одной лавки к другой, как восторженная бабочка. Гера шла рядом, величественная и спокойная, но я чувствовала ее напряжение. Она высматривала его.
В какой-то момент, в толчее у лотка с шелками, я отстала от них, или, скорее, позволила толпе оттеснить меня в сторону. Мне нужен был глоток воздуха. Мне нужно было мгновение, чтобы побыть одной.
Я отошла к фонтану в центре площади, наблюдая за игрой воды. Шум базара на мгновение отошел на второй план. Я закрыла глаза, подставляя лицо прохладным брызгам.