- Прости, отец, - я опустила глаза, изображая раскаяние, - Я не знала. Я просто искала самые старые фолианты. Я сейчас же всё верну на место.
Он кивнул, но не сдвинулся с места.
- Ты очень изменилась в последнее время, дочь, - сказал он тихо, - Твои глаза… в них сквозит что-то другое. И эта твоя дерзость за столом… Я беспокоюсь.
- Это всё нервы, - быстро нашлась я, - И предстоящий Отбор… Он пугает меня, и я хочу подготовится к нему.
Отец тяжело вздохнул. Он подошёл ко мне и положил свою огромную, тёплую ладонь мне на плечо. Я невольно вздрогнула от этого простого, отеческого жеста. Как давно я его не чувствовала.
- Ты моя дочь, и ты из рода Марцелов, тебе нечего бояться, - сказал он, и в его голосе прозвучала былая сила, - Но будь осторожна, не все книги одинаково полезны.
Он развернулся и не оглядываясь пошёл к выходу. Его шаги гулко отозвались в тишине.
Я осталась стоять посреди библиотеки, прижимая к себе дневник матери. Я обманула его, и от этой мысли на душе стало горько и холодно. Но другого пути не было.
Я вернулась в свою комнату, когда солнце уже начало клониться к закату. Я знала, что времени у меня мало. Отец поверил мне, но Гера не поверит. Она будет следить за каждым моим шагом.
В одиночку мне не справиться. Эта мысль билась в голове, как пойманная птица. Мне нужен был могущественный, сильный союзник, тот, кто сможет противостоять и королю, и ведьме.
Я подумала о Дейране.
Его имя возникло в сознании само собой, и от этой мысли сразу стало тёпло.
Дневник матери подтвердил то, что я почувствовала в свой предсмертный миг. Он был моей истинной парой, тот, чей рёв вернул меня. Но видел он меня лишь однажды, когда я была восьмилетней девчонкой, а он - почти взрослым юношей. Он совсем не знает меня, и он точно не знает, что мне грозит.
Мне нужно отправить ему послание, но так, чтоб я точно знала, что оно до него дойдет, и которое сможет прочесть только он.
Обычное письмо будет перехвачено. Гера контролировала всю почту, я знала это. Мне нужно было нечто иное.
Я снова открыла дневник. Мои пальцы сами нашли нужную страницу. Ритуал малой связи. Для него не требовалось много силы, лишь капля крови дракона, частичка воли и точное знание имени.
Я нашла в шкатулке матери тонкий почти невесомый лист пергамента, достала чернильницу и перо. Но вместо того, чтобы обмакнуть перо в чернила, я взяла серебряную иголку из своего швейного набора.
Зажмурившись, я уколола подушечку пальца. Выступила алая капля, и я прижала палец к пергаменту, оставляя на нём крошечный, размытый отпечаток.