….именно поэтому мне нужна Аделаида. Через нее я свяжу руки Марцелу. Без его армии… остальные лорды-бунтовщики не посмеют пискнуть, когда отец наконец испустит дух.
….Дейран – проблема. Но он застрял на границе, а когда вернется, Аделаида уже будет моей женой перед лицом богов и людей,и я обрюхачу её. Если он посмеет открыть пасть…
….если он посмеет, - я сама с ним разберусь. Родство не спасет его от эшафота, если он пойдет против короны. Я найду способ заткнуть племянника.
Я выливала эти картинки в его разум, задыхаясь от боли, чувствуя, как из носа в реальности потекло что-то теплое и липкое.
На том конце связи повисла мертвая, звенящая секунда тишины. Он принимал и осмысливал информацию.
Его мысль ударила четко, прогоняя мой главный страх.
- Марцел жив, но слегка ранен. Мы разбили их основную часть наемников. Нашли сундуки с королевским золотом.
Он тяжело, с присвистом втянул воздух (я почувствовала это так ясно, словно он стоял позади меня).
- Этот ублюдок решил убрать нас чужими руками, - рык Дейрана завибрировал в моих костях, - Если можешь - беги.
- Что? - я опешила.
- Ты нашла тайный ход. Уходи через него, - его голос не терпел возражений. Это был тон альфы, спасающего свое, - Скройся в городе. Мои люди в столице найдут тебя через время. Я не позволю тебе оставаться в одной клетке с этим выводком.
Боль в голове стала невыносимой, но я упрямо, зло стиснула зубы.
- Я не побегу! - бросила я в ответ, вкладывая в мысль всю свою непреклонность.
- Аделаида! Не смей со мной спорить! - Его ментальная хватка стала жестче, почти причиняя боль.
- Если я убегу сейчас, - я сопротивлялась его давлению, выстраивая свой собственный щит, - Они убьют короля этой же ночью! А завтра утром объявят отца и тебя в государственной измене! Скажут, что северные легионы бросили границу и идут на столицу поднимать бунт! Я не позволю Валериану надеть корону!
- Это не твоя война! - взревел он в моем сознании.
- Это моя война! - я кричала в ответ, и по моим щекам в реальности текли горячие слезы, - Услышь меня! Я не могу этого допустить!
Наши воли столкнулись. Лед и пламя, Белый Северный дракон и Огненный дракон. Это было физически больно, это разрывало меня на части, но я не отступила ни на миллиметр. Я чувствовала его колоссальное сопротивление, его желание просто прийти, схватить меня за шкирку и утащить в безопасное место. И его медленное, тяжелое, скрипящее осознание того, что я права.
-Черт бы тебя побрал, Аделаида, - его мысль прозвучала как хриплый стон человека, сдающегося перед неизбежным. В ней мешались дикая, собственническая злоба и такое пронзительное, обжигающее восхищение, что мое сердце сделало сальто. Он уступал.