Внутри же вполне по-спартански комфортно: шесть скрипучих армейских коек, грубый деревянный стол, несколько таких же грубых табуреток и массивный старинный шифоньер, притащенный неизвестно откуда и отчего-то прозванный «комодом». Единственная отдушина под самым потолком почти не давала света, поэтому и днем, и ночью здесь горела тусклая, питаемая от автомобильного аккумулятора двенадцативольтовая лампочка. Не особо ярко, но чтобы сориентироваться в пространстве, хватало. В углу располагалась буржуйка, сейчас холодная и бездействующая, но зимой она становилась настоящим центром этого маленького мира.

Лестница на крышу вела снаружи. Там, за мешками с песком, выложенными по периметру, был устроен наблюдательный пункт.

В дежурной смене было шесть человек, менялись они раз в неделю. Связь с базой поддерживали по рации, сеансы каждые три часа. Предосторожность не лишняя, ибо прецеденты внезапных нападений уже бывали.

Кроме казаха Совета бодрствовали еще двое: Женёк — совсем молодой, почти мальчишка, со шрамом через всю щеку, оставшимся после встречи с когтистой тварью, и Иван, неопределенного возраста суровый и молчаливый деревенский мужик с руками, размером с лопату.

— Ну наконец-то! — спустившись по скрипучей наружной лестнице, синхронно, словно сговорившись, воскликнули оба, и так же синхронно полезли обниматься, хлопая нас по спинам.

— Где вы так долго пропадали? Нашли хоть чего-нибудь путного? Как сами, целы? — молодой Женёк сыпал вопросами, не давая нам и рта раскрыть.

— Тебя, кстати, Василий, на базе очень ждут. Уже два дня интересуются, не появлялись ли вы, — перебил его Иван, его голос был хриплым и спокойным.

А вот это было уже странно. Я быстро перебрал в уме всевозможные причины подобного внезапного интереса, но не смог найти ничего достаточно веского, чтобы срывать нас с задания.

— Зачем, не говорили?

— Нет, от нас секретили. Но сказали сообщить по рации немедленно, как только появишься. Как раз через полчаса очередной сеанс связи будет, сам всё и спросишь.

Пока ждали связь, успели наскоро, но плотно перекусить. Группа на посту только недавно сменилась, так что с припасами проблем не было, и мы наелись от пуза, заедая тушенку хлебом и запивая крепким, горьким чаем.

Вообще, с едой — в отличие от всего остального — здесь совсем неплохо. Степи вокруг кишат сайгаками, реки полны рыбы, немногочисленные леса и рощи радовали грибами и ягодами. А то, чего не было в дикой природе, — выращивали сами. Хлеб, картошка, помидоры, капуста — наши земли, хоть и с трудом, но родили всё необходимое.