Большая и средняя, судя по толстым жгутам бронированных проводов, питались электричеством, а маленькая работала по старинке — на угле или дровах.
— Попробуем? — так же с почти религиозным трепетом поглаживая стенку бака, предложил Андрей.
— Естественно, — согласился я без колебаний. — Устройство не сложное, принцип тот же, что и на нашей установке, разберемся, думаю…
Но в этот день экспериментировать мы не стали, решив продолжить осмотр. Единственное, что мы сделали перед уходом, — укрыли наш самолет у входа в базу найденной здесь же, в одном из складов, маскировочной сетью. Она хоть и пожухла от времени, но свои функции выполняла исправно.
А трофеев, как выяснилось, было ой как много. Чем дольше мы бродили по бесконечным коридорам и залам базы, тем больше нас охватывала тихая, почти нереальная эйфория. Одних только боеприпасов и оружия здесь нашлось на пару небольших, но хорошо вооруженных армий. Патроны в герметичных ящиках, минометные мины, снаряды вплоть до танковых, аккуратные пирамиды из ящиков с гранатами, кучи различной амуниции — противогазов, касок, разгрузочных жилетов. А еще аптечки, одеяла, спальники, консервы… В общем, всего и не перечислить. Но на самом деле главным подарком судьбы была даже не эта военная мощь, а нефть и это чудо-устройство для ее перегонки.
— Во, гляди… — Андрей стоял напротив стены в одном из проходов, разглядывая здоровенный, в рост человека, плакат под стеклом.
— Что это? — спросил я, подходя ближе.
— Похоже на план. Генеральный.
На пожелтевшей от времени бумаге был схематично, но с потрясающей детализацией изображен план того крыла базы, в котором мы находились. И судя по разветвленной сети коридоров, тупиков, переходов и лестниц, неисследованных помещений здесь оставалось еще с запасом на недели. Были отмечены треугольниками жилые помещения, квадратами — склады, кружками — расположение коробов систем вентиляции, отдельными значками — электрические шкафы. Чего тут только не было.
— Надо перерисовать на всякий случай, — тут же предложил Андрей. — Вдруг оригинал испортится.
— Может, с собой возьмем? Снимем аккуратненько со стены…
— Не получится, — постучал он костяшками пальцев по плакату. — На толстой фанере намалевано, не потащишь же с собой такую дуру.
Мы еще немного постояли перед картой, впитывая в себя масштаб этого подземного царства, а потом, уставшие, но невероятно воодушевленные, двинулись в обратный путь, к выходу, унося в голове самое главное — знание, которое могло изменить все.
Распыляться на тотальный осмотр базы мы не стали. Прикинули в уме, что критически важно для возвращения домой, и, слегка отметив ошеломительную находку — остатками найденной на авианосце выпивки, принялись за работу.