Сергей скривился, но княжич не закончил.
— Он тоже варяг, Хельгу, и убийство Ратши просто так спускать не станет. Сказал: надо сделать так, чтобы Новгород сам нам Грудяту выдал.
— Своежир не выдаст, — буркнул Сергей.
Он успел навести справки. Не просто так соцкий за купца выступил. Свояки они. На сестрах женаты. И вдобавок общее дело имеют. Вернее, учитывая специфику новгородцев, бизнес все же в приоритете, а потом уж родство.
— Своежир не тысяцкий. На Неревском конце боярин Хвалибор главный. И он уже в городе.
— Ну, Хвалибор тоже вряд ли нас, варягов, любит, — заметил Сергей.
— Не любит, — согласился Рёрех. — Но я знаю, что он любит.
— Это все знают. Серебро.
— Вот именно! А теперь послушай, что придумал Хельгу…
Великий князь и сейчас оказался на высоте. Если считать таковой защиту его, князя, интересов. Как говорится, не мытьем, так катаньем. Причем использовал в качестве стирального валька то самое чувство долга, на которое Сергей сослался во время их прошлого общения.
И на сей раз пришлось согласиться. С множеством оговорок, но…
— Вартислав — мой человек, — заявил Олег, указывая на Сергея. — И все его люди — тоже мои. И тот, кого убили, тоже мой человек.
— Но мне сказали, что убит человек Стемида, — возразил Хвалибор, с достоинством оглаживая бороду.
Борода была хороша. И шуба. И кафтанчик под ней. А уж сапоги какие… Богат тысяцкий неревский. Богат, осанист. Щеки — как у короля хомяков. А драгоценностей на боярине новгородском не меньше, чем на великом князе.
— Варяг же, — двинул мощными плечами Олег. — Родился в Белозере. Отец его — Стемидов сотник. А Вартислав — родич Стемидов по браку.
Будущий родич. Но уточнять Сергей не стал, потому что знал, к чему клонит Олег.
— И вот такого человека, моего человека, коварно пытались убить. Но не смогли и убили другого. Тоже моего человека. Убийц поймали, но оказалось — холопы они. Признали, что чужую волю исполняли. След же ведет к соцкому твоему, Своежиру, но тот не признается. Говорит, не он это. Верно, Своежир?
— Холоп мой не убивал. А что помог татям, так я того не ведал! — тут же заявил соцкий.
— Что ж, нет так нет, — вполне благожелательно согласился Олег. — И потому поступим, как в законе сказано. И в нашей Правде варяжской, и по обычаю новгородскому. А сказано так: коли не найден убийца, то ответ за него вся община несет. Неревский конец, значит, — Олег радушно улыбнулся Хвалибору. — Сорок гривен головного мне и столько же — родне погибшего Ратши.
— Родне и пяти гривен было б довольно, — ляпнул Своежир.
— Меньше никак нельзя, — великий князь даже руками развел. — Отец его — сотник воинский, варяг урожденный. Вот у тебя, соцкий, сын есть? — взгляд Олега вмиг утратил добродушие, пронзил откровенной угрозой.