Пусть все и обошлось благополучно, но вряд ли злодеи пришли по собственной инициативе. Потому неплохо бы узнать имя инициатора.
К сожалению, Сергей ошибся. Не обошлось.
Ратша.
Парня прикололи ножом.
Спящего.
Нехорошая смерть для природного варяга.
И виноват в ней Сергей.
И не потому, что Ратшу, скорее всего, приняли за него.
Потому что расслабился недопустимо и своих распустил.
Напились, наелись, накувыркались — и спать. Таких и дома взять тепленькими — одно удовольствие. Любимейшая повадка нурманов — нагрянуть в гости через часок-другой после окончания праздника.
А ведь они не дома, а всего лишь на условно дружественной территории. На которой и у него лично, и у белозерцев врагов выше теремной крыши.
Экспресс-допрос пленников показал: есть заказчик. И не один. Целая компания уважаемых людей с Неревского конца. Но Сергею было знакомо только одно имя. Грудята. Купчина, в чьем бывшем доме нынче располагалась белозерская резиденция Сергея, решил свести счеты с обидчиком радикально.
Хозяин постоялого двора-борделя тоже оказался замешан. Поскольку один из заказчиков-киллеров, славный новгородский соцкий Своежир, как раз и был владельцем оного заведения. А вот любезный (вчера) держатель двора оказался всего лишь холопом-управителем.
Ну, с холопа спроса нет. А вот с хозяина…
В общем, погрузили на санки убитого Ратшу и вместе с упакованными преступниками и свидетелями (не одни они, чай, в Новгороде до девок охочи) отправились в княжьему Детинцу требовать великокняжьего суда и справедливости. Благо нынче здесь сам великий князь Олег пребывает, а не только его представитель Прокуй Перятыч.
[1] Имеется в виду высказывание царя Македонии Филиппа Второго: «Нет такой крепости, в которой не нашлась бы калитка для груженного золотом осла». В версии Плутарха: «Когда он хотел взять одно хорошо укрепленное место, а лазутчики доложили, будто оно отовсюду труднодоступно и необозримо, он спросил: „Так ли уж труднодоступно, чтобы не прошел и осел с золотым грузом?“»
[2] Автору неизвестно доподлинно, был ли в описанное время Словенский конец сформирован как часть города. Известные по раскопкам строения и «улицы» относятся в более позднему (на 25–30 лет) времени. Однако что такое тридцать лет с точки зрения археологии?
Глава шестнадцатая. Олег Киевский и Великий Новгород
— Лжа! — с искренней обидой провозгласил соцкий Своежир.
Соцкий — это серьезный ранг. Без малого боярский. Если под «князем» подразумевать демократическое сообщество «Господин Великий Новгород».
— Все есть поклеп! Врут людишки облыжно! Не было такого, чтоб я княжьих людей убивать велел! Даже хоть и князя белозерского!