— Кто такие? Куда идете?
Голос у гридня тверд, рожа мрачная, но Сергей видел: нервничает воин. И есть с чего.
С ним, конечно, целых одиннадцать дружинников, но очень среднего уровня.
С Сергеем же только четверо и только молодежь. Ратша, Траин, Клеп и Кочень. Молодежь, но в бронях и с оружием, с каким простые отроки точно не ходят.
— Вартислав, десятник князя Стемида. Домой иду. А ты кто таков?
Удачно получилось, что именно сегодня Сергей решил пробежаться, попутно возглавив передовой дозор.
Свеям, к примеру, куда сложнее было бы ответить на этот заданный на словенском вопрос.
— Не далеко ли от дома забрели? — еще больше нахмурился гридень.
Грубо. Мог бы и представиться.
— А тебе что за дело? — тут же ощетинился Сергей.
— А то, что земли эти — Великого Новгорода!
Тут он прав. Новгородские это земли. Задели их краем. Тем не менее ходить тут можно всем, в том числе и не имеющим новгородской «прописки». Тракт свободен. Или за эти недели, что Сергей провел вне дома, князь Стемид успел спесивым новгородцам рыльце подрихтовать?
— Которого из концов? — насмешливо поинтересовался Сергей.
Гридень, похоже, растерялся, но ненадолго:
— Всех! Отвечай, коли спрашиваю!
И коня вперед двинул.
Конь, впрочем, обычный, не боевой. Мохнатая рабочая лошадка.
— Тебе? — прищурился Сергей от бившего в глаза солнца. — С чего бы? Вот если бы Прокуй Перятыч меня спросил, тогда б я ответил… Может быть. А ты, вой, рылом не вышел вопросы мне глупые задавать.
Упоминание имени Олегова наместника в Новом Городе смутило гридня. И разозлило.
— С нами пойдете! — заявил гридень.
— С чего бы?
— Сам сказал, что на вопросы только наместнику отвечать станешь. Вот к нему и пойдем.
Хитрый какой.
Любопытно, что он скажет минуток через пять, когда основной отряд подтянется?
— А знаешь ли ты, гридь, за что я вас, новгородцев, люблю? — поинтересовался Сергей, стягивая с левой рукавицу и суя ее под ремень.
— За что же?
— А за то, — Сергей погладил теплой рукой гридневу лошадку по храпу, — что весело с вами. Знаешь сказку о смерде, который мишку голым задком пугал?
— Не знаю, — буркнул гридень.
— Зря. Ты сейчас как тот смерд. Только у того задница лысая была, а у тебя — с бородищей. Разве не смешно?
— Это ты меня оскорбил сейчас? — процедил гридень.
— Да разве? — Сергея снова погладил лошадку, невзначай прихватив нащечный ремешок. — Что оскорбительного в том, чтобы назвать мишку мишкой, а зад задом?
Он теперь стоял по левую руку гридня. Почти вплотную. Можно и сапогом пнуть, если ногу из стремени вынуть.
Но гридень пинать не стал. Он чуял нехорошее. К тому же, как и большинство северян, драться предпочитал пеше. А если конно, то хотя бы на подходящей для копейного удара дистанции. Потому он рефлекторно подал коня назад… Попытался подать. Но Сергей придержал.