Нет, это невозможно. Мэйсон любит меня. Ну, может, не любит в том понимание, в котором его люблю я, но он точно желает меня, хочет держать рядом и, судя по тому, как упорно он это делает, здесь нечто большее, чем просто «нравлюсь».
Боже мой, а ведь все могло быть иначе в моей жизни. Прямо сейчас я могла бы быть на свидание с кем-то нормальным, состоять в здоровых отношениях с хорошим парнем, но вместо этого умудрилась влюбиться в настоящий ред флаг и теперь сижу в углу собственного дома без ключей, телефона и телевизора. У меня талант усложнять собственную жизнь.
Слышится какой-то шум, и я задерживаю дыхание. Это возня за дверью. За моей дверью. Он здесь. Мэйсон пришел. Мои колени дрожат, а в горле все пересыхает от волнения, хочется встать и попить воды. Я облизываю губы несколько раз, но это не помогает избавиться от сухости.
Я слышу, как он заходит в квартиру, вертит ключом в замке, перекрывая нам возможность выйти. Шаги. Тяжелые, уверенные. Сначала мне кажется, что Мэйсон идет сюда и вжимаюсь в стену так сильно, будто пытаясь слиться с ней в одно целое. Его нет, но он где-то в этой стороне.
Смыв унитаза.
Что?
Он решил помочиться в моем туалете?
Больной ублюдок.
Снова шаги. Господи, пусть он скажет хоть что-то, даст знать, что это именно мой мужчина. Да-да, понятное дело, что это Мэйсон, но все же. Его голос должен меня успокоить, это вовсе не значит, что я выйду из своего укрытия, но мои нервные клетки хоть немного станут в порядке.
— Забавно, — наконец-то говорит парень и в его голосе слышится веселье.
А потом снова разносятся шаги. Он ходит по всему дому, слышу, как открывает шкафы и все места, где могло бы поместиться мое тело. Их немного, поэтому он скоро появится здесь. Мне нужно быть готовой.
Я плескаю жидкость с бутылочки на тряпку, попадая себе на пальцы, потому что моя рука нещадно трясется. Зубы сжаты, сердце стучит в груди, словно я нахожусь на грани смерти, виски пульсируют от боли, звук пульса отдается в моих ушах, а голова по-прежнему немного кружится.
— Что ты там делаешь? — раздается голос сверху и, взвизгнув, поднимаю лицо вверх.
Свет фонаря с улицы освещает очертания его массивной фигуры, он забрался на барную стойку во всем своем темном обличии, смотрит на меня, рука в черной кожаной перчатке хватается за край столешницы рядом с моей головой. Выглядит, как бандит, на нем кепка, а на кепку накинут капюшон толстовки, закрывая от меня его лицо.
Я кричу от испуга и поддаюсь вперед, выползая с места и собираясь бежать. Проблема в том, что чтобы выбежать, мне нужно обежать стойку и протиснуться мимо Мэйсона, что просто физически невозможно.