У Блэка есть все основания испытывать по отношению ко мне весь этот негатив, я не собираюсь переубеждать его в чувствах, но рассказывая о том, что испытываю к его дочери, даю понять, что не буду останавливаться. Мне нужна Лилит, я должен добиться ее прощения, просто обязан вернуть ее в свою жизнь.
Блэк слышит отчаяние в моем голосе, а хватка вокруг стакана, который он держит, становится только сильнее. Он не будет давать мне поблажек и, может быть, я понесу какое-то наказание за содеянное. Понятия не имею, что именно Лилит ему рассказала, но судя по злости, которую она источает, достаточно, чтобы он хотел меня убить.
Хантер прячется в своей спальни, давая нам возможность поговорить наедине. Я знаю, что он еще и прячется от Блэка. Вовсе не потому, что боится его. Хоть они и выполнили общую миссию, отношения между нами тремя все еще немного натянуты. Блэк не доверяет Хантеру, да и мне тоже не особо. Он согласился держать все мои грязные делишки с хакерством в тайне, но это вовсе не значит, что он доволен этим. Наверное, перспектива того, что его дочь как-то связана с таким негодяем, как я, только усиливает его ярость.
Закончив свой рассказ, я хватаю бутылку с виски и пью прямо из горла. Во рту чувствуется какой-то привкус кислоты, мне не понравилось открывать свою душу перед ним, признаваться, как уязвим из-за его дочери, но ради нее я пойду и на это.
— Твой рассказ не сделал тебя меньшим ублюдком в моих глаза. Ты же понимаешь это?
— О, извольте, — ухмыляюсь, — я вовсе не пытался скрасить себя в ваших глазах. Просто имейте в виду, что я люблю вашу дочь, очень, и пойду на все, чтобы получить ее прощение.
— Не сомневаюсь, Мэйсон. Только одно «но», я буду следить за тобой и, если замечу, что ты снова отрубил камеры в ее дворе, чтобы пробраться к ней в квартиру, я отправлю тебя туда, где сидят сейчас Масами и Аритомо. Не смей меня недооценивать, сопляк. А вообще, на твоем месте я бы оставил ее в покое, умей принимать «нет» от женщины.
На моих губах появляется улыбка и, поддавшись вперед, опираюсь локтями на стойку.
— Позвольте вопрос, мистер Ростлиф, — он не дает разрешение задать его, лишь выжидающе смотрит на меня. — Если бы женщина, которую вы очень любите, отказала вам, вы бы сдались?
Он видит мой взгляд, видит, что мне известны его делишки в прошлом, когда он гонялся за своей женой. Я нарыл много дерьма на этого парня, вовсе не противозаконного, нет, но того, которое доказывало, что он был не менее одержим миссис Ростлиф, чем я Лилит.
— Она моя дочь, Мэйсон, — вместо ответа на вопрос, глухо произносит Блэк.