Открыв дверь квартиры, Роуз проходит первая, а я следую за ней. Здесь приятно пахнет и чисто так, что блестят стены и пол. Для парней крайне чистоплотно и нет запаха грязных носков. Похвально.
— Роуз? — раздается за нашими спинами и, повернувшись, мы натыкаемся на Хантера.
Он смотрит с полным непониманием, что происходит. Если Роуз он еще не так удивлен видеть, то что здесь делаю я явно не догоняет. Мне немного неловко, что ворвалась в его личное пространство, но это ощущение сходит на нет, стоит увидеть Мэйсона, который вышел из-за стены.
Мокрые волосы липнут ко лбу, торс обнажен, а серые спортивные штаны висят так низко на талии, что мне видна полоска от брендовых трусов. Черт, он словно высечен из камня. При виде него, наполовину обнаженного, хмурого и такого по-домашнему уютного, внутри меня что-то булькает и трескает. Я хочу развернуться и убежать, пока не растеклась лужей на полу от его взгляда. Вижу, что он, как и Хантер, в полном замешательстве.
Моя рука ныряет в карман короткого кардигана и, когда натыкается на коробочку из-под кольца, в мозг врезается напоминание, почему я здесь, а злость вновь бешенной волной несется по венам. Мой взгляд тускнеет, Мэйсон словно красная тряпка, а я бык, и уже через несколько секунд я вижу перед собой цель, которую обязана уничтожить.
— Детка? — почуяв неладное, говорит мне Мэйсон. И это становится последней каплей.
Не разуваясь, я достою коробочку и бросаю ее в Мэйсона, стоящему перед ним Хантеру приходится уклониться, чтобы она не прошибла ему мозги. С рыком, не беспокоясь о том, что могу оставить грязные следы на начищенном кафеле, бросаюсь вперед, вслед за кольцом и со всей дури врезаюсь в Мэйсона. Он все еще не понимает, какого черта происходит, совершенно не зная, как реагировать, и от этого его реакции немного замедленны. Уже через короткое время я сижу на нем верхом и бью кулаками в грудь, пока он пытается защититься.
— Ты, сукин сын, решил, что со мной можно так играть? — кричу я, царапая его грудь.
Меня хватают со спины две сильные руки, оттягивая от Мэйсона, но я почти сразу же снова падаю на него, потому что Роуз с ревом бросается на Хантера, повалив его на живот толчком в спину и крича, чтобы не смел ко мне прикасаться.
Начинается настоящая вакханалия. Мы катаемся по полу, во мне столько энергии и силы, которую придает мне злость, что Мэйсон успевает лишь отбиваться, без шанса на то, чтобы попытаться меня успокоить. Вот я уже под ним, он хватает мои руки, но не успевает зажать ноги, из-за чего одно мое колено прилетает по его яйцам. Он испускает дух, скрючившись, отчего хватка слабеет, и я снова толкаю его, сев сверху.