Не успеваю открыть ящик. Голос Лины останавливает мою руку на полпути.
– Давай без, – тихо, но твердо роняет она сквозь тишину спальни.
Один короткий выдох, и я убираю руку от тумбочки.
Устраиваюсь сзади, плотно втискиваясь между ее разведенных бедер. Лина послушно замирает, уперевшись лбом в матрас.
Подкладываю под ее бедра подушку, приподнимая и максимально раскрывая ее тело для себя. Мои ладони ложатся на ее талию, ощущая, как она дрожит и пытается выгнуться еще сильнее.
Вхожу медленно, глубоко, до самого упора. Без барьеров и латекса ощущения взлетают на запредельную, острую высоту.
Лина вскрикивает. Стенки мгновенно сжимаются, принимая мою плоть и обволакивая сочным, раскаленным жаром.
Двигаюсь размашисто, мощно, жестко контролируя каждый толчок и давая ей привыкнуть к темпу. От ее податливости и обильной естественной смазки сносит остатки ума.
Лина начинает сильнее дрожать под моими руками, приближаясь к пику. Опускаюсь на нее ниже, придерживая свой вес на локтях. Рычим и стонем в один общий ритм, наши голоса и тела сливаются, пока она не сбивается с ритма, улетая туда, где нет ни одной лишней мысли.
И в этот момент мне становится мало. Хочу видеть ее лицо. Хочу контролировать ее подчинение и чистое удовольствие.
Освобождаю ее от своего веса, перехватываю за бедра и переворачиваю на спину. Ленту от изголовья не отвязываю. Ее концы сами собой перекручиваются. Запястья Лины остаются надежно зафиксированы над головой.
– Лин, отвязать? – хрипло спрашиваю, нависая над ней всей массой своего голого торса.
– Нет, мне нравится... – еле слышно выдыхает она, закусывая губу.
На всякий случай спросил. И так по лицу и ее движениям ясно – именно это ей сейчас и нужно.
Просто ставлю руки по сторонам от ее плеч, снова вхожу и начинаю двигаться, беря ее лицом к лицу, глаза в глаза.
Лину накрывает вторым оргазмом. На этот раз она кончает еще сильнее, не стесняясь своего громкого крика, упираясь пятками в мои бедра, пока я продолжаю толкаться в нее, заставляя прочувствовать каждую волну удовольствия.
Дожимаю ее до полного исступления, ловлю свой собственный мощный финал и глубоко изливаюсь прямо в нее.
После всего мы так и лежим в темноте еще очень долго, восстанавливая дыхание. Направленная подсветка вдоль пола позволяет всматриваться в ее лицо.
Кожа безупречна, без единого изъяна. В ее потемневшем взгляде сейчас странная смесь – одновременно испуганный олененок и дикая, кровожадная пантера. И все это уживается в одной моей жене.
Смотрю на нее и сразу вспоминаю нашу самую первую встречу на загородной бензоколонке.