Теряюсь и не контролирую больше свое тело. Буквально не чувствую его от полнейшего удовольствия, расходящегося во мне из одной точки во все стороны сразу.
Резко открываю глаза. В комнате тихо, сквозь плотные шторы пробивается бледный январский свет.
Пару минут просто лежу неподвижно, восстанавливая дыхание. Сердце все еще бьется слишком часто. Сны после той ночи на маскараде становятся слишком осязаемыми. Откидываю одеяло, поднимаюсь и иду в ванную.
Смывая остатки сна под теплой водой, внимательно рассматриваю себя в зеркале. На коже нет никаких видимых следов его губ или пальцев, но я до сих пор слишком четко помню каждое прикосновение. С ними действительно все иначе. Кожа к коже – это теплее, ближе и как-то правильнее.
– Это просто эпизод, – говорю тихо своему отражению. – Ничего не значит. Чистая случайность.
Упрямо перешагиваю через эти мысли. Сейчас не время для сантиментов. На кону стоит бизнес моего отца, его репутация, и я согласилась на эту помолвку осознанно.
Глеб выкупил долги нашей семьи, и я просто обязана честно выполнить свою часть договора.
К обеду раздражение только усиливается. Сегодня наше первое совместное официальное мероприятие – благотворительный бал. Нам предстоит присутствовать на вечере под прицелом камер.
Выбор одежды не приносит никакого удовольствия. Перебираю вешалки, и меня откровенно злит каждая вещь. Все кажется неподходящим.
– Ладно, пойду в черном, – бормочу я под нос, снимая с плечиков строгое закрытое платье.
Сама собираю волосы в высокую прическу, полностью открывая шею, и наношу макияж.
В этот момент в прихожую доносится звонок. Уверена, что это курьер доставил мой заказ из ресторана.
Открываю дверь и замираю. На пороге действительно стоит парень в форме службы доставки, но в руках у него огромный букет кустовых роз и большой пакет с логотипом известного бренда.
– Вы ошиблись, я ничего не заказывала, – ровно произношу я.
– Никакой ошибки, адрес ваш, – курьер вежливо протягивает мне цветы. – Это композиция из нашей лучшей линейки. Называется «Сейшелы». И вот это тоже просили передать вам лично.
Принимаю доставку, закрываю дверь. Внутри пакета обнаруживается роскошное шелковое платье нежно-розового оттенка, точь-в-точь под цвет бутонов в букете.
Розы пахнут сладко, мгновенно возвращая меня в прошлое. К цветам приложена лаконичная записка, написанная его размашистым почерком: «Жду в двадцать два ноль-ноль. Уверен, что тебе подойдет. Г.»
– Невыносимый человек, – тихо шепчу я, рассматривая шелк. – Все просчитал. Ни разу не извинился. Ладно. Будь по-твоему. Теперь придется убирать черные туфли и доставать бежевые.